×

Продолжить и сохранить себя

Без этого мы жить не можем. Но когда это становится самоцелью, возникает сначала зависимость, потом агрессия, а потом распад. Итак, человеческие цен­ности — это совокупность материального и духов­ного.
6 февраля 2019
0
353

С моей точки зрения, у человека всего две главные функ­ции — продолжить себя и сохранить себя. Эта тема связана с отношениями. И развивать себя, свои возможности, управление окружающим ми­ром — это тема способности и интеллекта. Без этого мы жить не можем. Но когда это становится самоцелью, возникает сначала зависимость, потом агрессия, а потом распад. Итак, человеческие цен­ности — это совокупность материального и духов­ного.

Мне нужно было добиться как можно более бы­строго освобождения от материальных и духов­ных ценностей. Чем сильнее я концентрировался на этом, тем сильнее ускорялось время, и на каком-то этапе ускорения я увидел, как зависи­мость от одного перетекает в зависимость от дру­гого. И человек, внешне зацикленный на деньгах, материалист и прагматик, становится таким пото­му, что внутренне он жуткий идеалист. И даль­нейшее усиление зависимости от духовных момен­тов для него смертельно опасно. Потом оказалось, что человек, справившийся с ревностью, подсозна­тельно переносит точку опоры не на любовь к Богу, а на способности и интеллект. И взамен ис­чезнувшей ревности появляется реальная горды­ня. В какой-то момент я понял, что кроме этих ступеней, пластов человеческого, есть еще более масштабные и глубинные. В конце концов, я вы­шел на такую категорию, как идеалы, духовность, благородство. Это был гораздо более тонкий и масштабный слой. Он лежал в основе отношений и способностей. Зависимость от этого слоя приво­дила к зависимости от отношений или способно­стей. Если же она была очень сильная, то у чело­века ревность и гордыня вспыхивали одновремен­но. Тема духовности, благородства, идеалов и надежд была одновременно темой контакта с бу­дущим. Чем выше духовный уровень человека, чем он возвышенней и благороднее, чем больше он мечтает, тем большие раскрываются у него воз­можности по управлению будущим. Прошлое ма­териально, будущее — духовно. Чем больше в нас будущего, тем больше настоящего и прошлого. Чем духовнее и благороднее человек, тем актив­нее, рано или поздно, будут проявляться в нем или в его внуках способности и интеллект. Тем бо­гаче и гармоничнее будут их отношения. Все, что мы имеем, приходит из будущего и превращается в настоящее, поэтому степень внутренней духов­ности определяет наши возможности в настоящем. Чем больше в человеке духовности и благород­ства, тем больше его потомки будут иметь не толь­ко духовных, но и материальных ценностей. И да­же если дети и внуки перестанут быть духовными и благородными, внутренние запасы позволят им какое-то время неплохо существовать.

Почему же часто потомки отказываются от ду­ховности и благородства? Потому что обожествле­ние будущего рождает зависимость от него, а за­тем его потерю. А с закрытым будущим человек или умирает, или получает неизлечимое заболева­ние. И чем выше духовность человека, тем больше искушения молиться на эту духовность и зависеть от нее.

Первые признаки зависимости идут как страх за свое будущее, за будущее близких людей. За­цикливание на планах и мечтах. Потом через бо­лезненное неприятие колебаний будущего, когда не исполняются планы и надежды, когда вообра­жаемая картина мира оказывается несостоятель­ной. Невозможность принять крах идеалов, раз­вал планов и надежд. Предательство или неспра­ведливость со стороны людей или общества является показателем сильнейшей зависимости от будущего, и тогда разваливаются и судьба, и здо­ровье.

Сколько я ни смотрел раковых больных или па­циентов с бесплодием, у всех зависимость от идеа­лов, от будущего превышала в несколько раз опас­ный уровень.

Итак, материальное — прошлое, духовное — будущее, и между ними отношения, с одной сто­роны, и способности и интеллект — с другой. Нужно пройти по жизни и принять унижение всех этих моментов как очищение. Нужно снять сожа­ление о прошлом и страхи перед будущим. Бога мы познаем через чувство любви, которое ни от чего не зависит, и любая агрессия к любви оттал­кивает нас от Бога и погружает в человеческое. Поэтому, первое, что нужно сделать, пересматри­вая свою жизнь, это снять любую агрессию к люб­ви, которая шла через нежелание жить, недоволь­ство собой и своей судьбой, через осуждение и обиды на других людей. Эта схема в помощи лю­дям действовала безупречно, и те реальные не­счастья и трагедии, которые происходили с чело­веком, те ситуации, которые специалисты распу­тывали бы годами, решались легко и естественно за несколько часов. Например, пациентка расска­зывает мне:

—  Я вижу, что с моим сыном происходит что-то страшное, и ничего не могу поделать. У него была любимая девушка, но с ней он недавно расстался и очень тяжело это переживал. Сейчас все его планы, надежды и в работе, и в бизнесе, и в лич­ных делах развалились. Он совершенно потерял управление над ситуацией. Причем, он специалист по боевым искусствам, а за последние несколько месяцев его несколько раз избивали на улице: его как будто что-то связывало, не мог толком защи­щаться. Он чувствует безвыходность ситуации и начинает пить. Он все больше сползает в про­пасть, а я бессильна чем-то помочь.

Мне нескольких секунд достаточно, чтобы на тонком плане увидеть ситуацию.

—   Вы можете изменить его судьбу за несколько часов, — говорю я женщине. — Все то, что Вы пе­речислили, исчезнет, как дым. Только Вам нужно серьезно поработать над собой. У Вашего сына за­цепка за идеалы, т. е. закрытие будущего где-то в 5 раз выше опасного уровня. В значительной сте­пени это пришло через Вас, потому что Вы жили не Божественной любовью, а идеалами, духов­ностью, благородством. Вы презирали людей бед­ных духом, т. е. неспособных и глупых, бесприн­ципных и непорядочных. Вам не хотелось жить, когда были унижены Ваши идеалы, когда Вас предавали и несправедливо к Вам относились. Пе­ред зачатием детей, чтобы обеспечить их большей порцией Божественной любви, нужно отстранить­ся от всего человеческого. И чем сильнее за что-то зацеплен, тем — болезненнее происходит этот отрыв. Это отстранение может идти через обиды от людей или, если мы этого не принимаем, через болезни и несчастья или через смерть. И если мы не понима­ем, что обида от другого человека — это милость, данная Богом, то тогда наших детей лечат уже бо­лезнями и несчастьями. Проживите заново жизнь и почувствуйте, что самые святые духовные цен­ности ничего не значат по сравнению с любовью к Богу. Примите любое унижение или несправедли­вость как возможность спасти Вашего ребенка, возможность изменить себя через отстранение от человеческого и устремление к Божественному. Причем, молиться нужно не только за сына, но и за внуков. На тонком плане я вижу темное пятно, прильнувшее к Вашему сыну. Это его будущий ре­бенок. Чтобы родиться благополучным, его душа должна очиститься. И это сейчас происходит че­рез унижение идеалов, духовности в его отце. На­сколько Вы задним числом добровольно примете очищение и, меняясь, через себя приведете в поря­док сына и внуков, настолько и не нужно прину­дительное очищение. Чем меньше наша душа за­висит от человеческих ценностей, тем меньше надо неприятностей и несчастий, чтобы ее очистить. И когда родители реально меняли свое отноше­ние к прошлому и настоящему, тогда не менее ре­ально менялось их настоящее и будущее, и их по­томков в том числе.

Меня совершенно перестало удивлять, когда характер ребенка, его судьба менялись за несколь­ко часов. Я помню, как одной моей знакомой я не­сколько раз говорил, что ее старший сын может погибнуть. Она молилась, работала над собой, но ничего не менялось.

—  Ты знаешь, — говорила она, — я пыталась его как-то приобщить к этому. Но стоит мне вклю­чить видеокассету с твоим выступлением, как он с криком выбегает из комнаты, а когда я пытаюсь читать ему твои книги, он наотрез отказывается слушать.

—  Я не хочу, чтобы ты на меня потом обижа­лась, — сказал я, — но у твоего сына шансов вы­жить становится все меньше и меньше.

И на немой вопрос в ее глазах я ответил:

—  Либо ты реально начинаешь меняться и убеждаешь свою душу в том, что Божественное важнее человеческого и что любое человеческое счастье только возможность накопить любовь к Богу, или твой ребенок может заболеть и умереть в ближайшее время.

Некоторое время она сидела неподвижно. По­том сказала:

—  Хорошо, я попытаюсь.

Вечером она мне позвонила. Но сначала она го­ворить не могла, потому что плакала. Я понял, что случилось несчастье.

—  Ты знаешь, — плача говорила она, — мой старший сын полчаса назад подошел ко мне с твоей книгой в руках и попросил меня почитать, что там написано.

—  Так почему же ты плачешь? — удивился я.

—  Потому что счастлива.

Так вот, мои исследования приобрели закон­ченность. Но, тем не менее, многие тяжелые заболе­вания поддавались лечению очень туго. Честно го­воря, я не понимал, в чем тут дело. Приемлемым объяснением было следующее: масштаб наруше­ний высших законов и агрессий к любви по про­шлым жизням был очень велик. И поэтому изме­нения в характере происходили очень медленно. Вторая причина, вероятно, крылась в том, что, кроме уровня идеалов и духовности, были еще бо­лее глубинные и масштабные уровни. И потом, многократно прощупывая десятки и сотни возмож­ных вариантов, пришел к выводу, что за идеалами идет уровень воли, а за ним — уровень жизни.

Итак, вся цепочка выглядела следующим обра­зом. Сначала материальные ценности, затем отно­шения и способности, затем духовность, благород­ство, идеалы, а дальше воля, судьба человека и жизнь. И если я снимаю зацепку за человеческую жизнь, то у меня уменьшается зависимость и от воли, и от идеалов, и от всего остального. Значит, можно молиться так: «Господи, вся моя жизнь и любое человече­ское счастье есть средство накопить любовь к Тебе». И периодическое отстранение от всех жизнен­ных радостей уменьшает зависимость от человече­ского и делает молитву более весомой. Значит, можно просчитывать параметры зацепленности за каждую ценность, причем особую важность при­обретали главные — жизнь, судьба, воля. Все остальные зависели от них. Я понял, что мой диа­гноз и подготовка к смерти в 1991 году были не случайны.

В ноябре 91 года я встретился с будущим ре­дактором и издателем моей первой книги. В июне 93 года книга была написана. И поскольку в ней речь идет о Божественном и информация очень серьезная и мощная, книга должна была быть чис­той. И прохождение процедуры умирания и про­щание со всем, что дорого, и в конечном счете с самой жизнью, позволило привести себя в поря­док и очистить душу.

Итак, круг ценностей описан. Система завер­шена. Т. е. в принципе причины для любого забо­левания могут быть устранены, если снята зави­симость от всех звеньев человеческого. Ну и по­скольку человеческая любовь имеет различный масштаб, то нужно научиться сохранять любовь к Богу, когда происходит дестабилизация не первых слоев человеческой любви, а последующих, более масштабных. Осталось, исходя из системы, приве­сти себя полностью в порядок. Хотя, честно гово­ря, ощущения полной удовлетворенности у меня не было. Но на приеме с каждым непонятным слу­чаем появляются новые факты для осмысления и возможность идти дальше. Кстати, как-то раз мои друзья спросили меня:

—  А можно ли обожествлять человеческую душу?

—  Честно говоря, не знаю, — отвечал я, — Но если рассуждать логически, то большая часть на­шей души, которая не живет вечно, находится в пространстве и времени, значит, может быть так­же объектом обожествления.

Но в моей системе этого понятия не было, и мне оставалось только развести руками.

Был в моих исследованиях еще один странный факт. Это было связано с будущим. Параметр бу­дущего почему-то вел себя нестабильно. В прин­ципе, если нет зависимости от жизни, благополуч­ной судьбы и воли, то и подавно не может быть зацепки за будущее, т. е. принципы, мечты, идеа­лы, и за последующие отношения или способно­сти, не говоря уже о материальных ценностях. И тем не менее я периодически наталкивался на проблемных пациентов, у которых все параметры были нормальными, за исключением параметра будущего. С чем-то еще тема будущего была свя­зана, что-то ее подпитывало. Если я не понимаю, откуда идет дестабилизация этого параметра, зна­чит, я не вижу других глубинных причин, кото­рые могут вызвать заболевание, и в сложной ситу­ации могу оказаться беспомощным. С одной сто­роны, я это понимал, а с другой стороны, все мои попытки не давали мне объяснения всей этой си­туации. Да, честно говоря, и сил не было. Ведь все изменения деформации полевых структур, ко­торые я вижу, сами по себе ничего не значат.

Главное — это обобщить их, привести в систему. Здесь нужно очень много тонкой энергии. И здесь моя известность и мое растущее финансовое бла­гополучие становились все более опасными. Я не представлял раньше, как много сил отнимают по­купки, хозяйственные хлопоты и т. д. Все это тре­бует постоянного контроля над ситуацией. В та­ком режиме я никогда не работал. Для меня это было явной перегрузкой. Причем ведь и каждую книгу я писал, чтобы выправить описанную ситуа­цию. Первая книга появилась как осознание того, что мы совершенно неправильно живем и отно­симся друг к другу. Никто не знал толком, в чем смысл жизни, что является причиной болезни, как поведение родителей сказывается на здоровье и судьбе их детей? Сейчас уже много людей пишут на эту тему, потому что она стала привлекатель­ной. Но тогда это было открытием. Я написал первую книгу и вдруг увидел, что самая главная причина болезни кроется не в обожествлении ма­териального. Желание сделать целью и смыслом жизни семью, отношения с близкими людьми, спо­собности и интеллект может оказаться гораздо бо­лее серьезной причиной заболевания, чем любые материальные аспекты.

Я в первой книге писал, что главный источ­ник — это молитва на материальное, на земное. А оказалось, что главная проблема современного мира — это как раз обожествление духовного. И поскольку первая книга, как и последующие, основана на собственных исследованиях, на выво­дах, которые многократно подтверждались в рабо­те с пациентами, то воздействие ее оказалось очень сильным. Но главным оказался импульс от­рыва от материального. И второй книгой я пытал­ся уравновесить механизм преодоления человече­ских ценностей. В обычных условиях я бы каж­дую книгу писал 5-7 лет. А здесь понимание того, что несбалансированная информация может стать опасной, толкала на лихорадочные новые поиски.

Закончив вторую книгу, я хотел несколько лет отдохнуть. Но вдруг понял, что есть еще один очень важный момент, позволяющий многое объ­яснить. Это обожествление человеческой любви. Умение сохранить любовь к Богу и не искать ви­новатых, когда унижена вершина человеческого счастья — человеческая любовь, — это умение в значительной степени снять притяжение человече­ского.

И вот ко мне на прием приходят люди, прочи­тавшие все три книги. И у них все нормально, кроме одного странного факта. Зависимость от высших духовных моментов, от сознания как та­кового у них намного больше опасного уровня. И именно это часто дает бесплодие и онкологию. Значит, информация не завершена, и в каких-то главных аспектах система не сможет помочь стра­дающим. И тогда появляется четвертая книга. Обычно перед началом написания любой книги и после ее завершения у меня начинаются крупные неприятности. И чем ценнее информация, тем сильнее меня трясут, чтобы привести книгу в по­рядок. Ибо книга, как ребенок, несет в себе ин­формацию автора. Как родители отвечают и рас­плачиваются за своих детей, если они их непра­вильно эмоционально воспитали, так и я отвечаю за каждую книгу.

Особых чисток после завершения четвертой книги я не заметил. Я понял, что более или менее все пришло в порядок и можно отдохнуть и за­няться еще какими-то делами. Но и поскольку все-таки главный источник получения информа­ции — это работа с больными, я иногда принимал пациентов, плюс мне хотелось удостовериться, на­сколько эффективно могут помочь больным мои открытия.

Медленно, мучительно сопоставляя, диагности­руя, я пришел к выводу, что тема будущего, прин­ципов и идеалов имеет под собой еще более тон­кий масштабный слой. Он связан с понятиями нравственности, человеческой любви, с религиоз­ным мировоззрением и почему-то с процессами старения. В конце концов, я пришел к пониманию того, что этот слой называется душой человека.

Я не буду описывать в деталях, как я выходил на все это. Об этом можно написать целую книгу. Я даю приблизительное, сжатое описание моего пути. Я понял, что предыдущие мои четыре книги сводят все человеческие ценности к двум момен­там: материальным и духовным. А есть еще такое понятие, как ценности души. И оказывается, что все человеческие ценности в конечном счете сво­дятся к самому понятию человек, т. е. к телу, духу и душе. И обожествление любимого человека рож­дает зависимость от души, духа и тела. И через это — привязанность ко всем остальным человече­ским ценностям. Значит, на любимого человека нужно смотреть не как на источник счастья, а как на помощника в устремлении к Богу, в накопле­нии Божественной любви. И чем больше зависи­мость от любимого человека, тем больше к нему претензий. Значит, насколько мы можем простить и не предъявлять претензий к любимому человеку, настолько мы не будем зацеплены ни за идеалы и нравственность, ни за способности и отношения, ни за материальные ценности.

Это была новая информация, и говорить о ней другим я мог после того, как практика и помощь больным доказали ее истинность. Значит, мне нужно было прийти в себя и продолжать дальней­шие исследования.

Приведу пару случаев, описывающих, как я ра­ботал с новой информацией.

Как-то в Москве мой знакомый рассказал мне о странном случае, произошедшем с ним.

— Еду я с дачи, — рассказывал он, — на трассе ни одного человека, скорость приличная. Вдруг, неизвестно откуда, вылетает огромный ка­мень и летит в лобовое стекло, прямо мне в голо­ву. Чудом успел чуть-чуть взять вправо, стекло разбилось, но я остался жив. Можно ли объяс­нить, с чем это связано?

Я несколько секунд с закрытыми глазами про­сматриваю ситуацию и затем ему говорю:

—  У тебя есть молодая любовница, и ты в нее влюблен и комплексуешь из-за того, что значи­тельно старше ее. Чем сильнее ты комплексуешь, тем сильнее и активнее раскручивается программа самоуничтожения. Сначала эта программа блоки­руется в районе головы. Но поскольку она у тебя пошла с большой скоростью, то у тебя появился не аллергический насморк или боль в голове, а опасность тяжелой травмы головы.

Он пораженно смотрит на меня.

—  Все абсолютно верно. Но почему такое жест­кое предупреждение, чуть ли не до смерти?

—  Потому, что у вас в поле общий ребенок. В этой жизни или в следующей он появится, сей­час я сказать не могу. Но сейчас идет формирова­ние его на полевом уровне. Неправильное поведе­ние, особенно эмоциональное, для него опасно.

Он по-прежнему не может преодолеть своего удивления:

—  Не могу понять, каким образом ты обо всем смог догадаться и увидеть все это?

—  Никакой мистики, — говорю я, — у тебя под 500 единиц программа самоуничтожения. Связано это с женщиной, но не с женой. Причем у тебя идет постоянное презрение к себе, и это свя­зано с темой души, на которую я недавно вышел. Причем с той зоной, которая связана со ста­ростью. Вот и вся мистика.

—  И как дальше себя вести?

—  Когда дело касается любви, забудь о том, сколько ей лет и как она выглядит. Т. е. за собой надо следить, но комплексовать из-за того, что ты беден, некрасив или стар, — непозволительно.

В другой раз у меня была пациентка из Израиля.

—  Вы знаете, у моего мужа бывает состояние одержимости, как будто в него бес вселяется. Могу ли я ему чем-то помочь?

—  Конечно, можете, — сказал я. — У Вас были эмоции презрения и осуждения к ортодок­сальным евреям?

Она легко дернула плечом:

—  Нет, никогда не было.

Я пожимаю плечами:

—  Еще раз спрашиваю: были какие-то претен­зии или нет?

Она задумывается.

—  Ну, критическое отношение всегда было, — говорит она, — а мой муж вообще неверующий.

—  Ваш муж по прошлой жизни был ортодок­сальным верующим, — говорю я, — религия по­зволила ему достичь высокого уровня нравствен­ности и духовности, и Вы начали обожествлять в нем и в себе высшие аспекты человеческой души. Насколько Вы обожествляете что-то в любимом человеке, настолько он это теряет. Что такое чело­век бедный деньгами, мы знаем. Бедный телом — это инвалид или человек тщедушного телосложе­ния. Бедный духом — это приземленный, глупый, неспособный человек. Бедный душой — это под­лец, негодяй или убийца, или тот, кто отказывает­ся верить в Бога, или то, что называется одержи­мый бесами.

Насколько Вы молитесь на человеческую душу, настолько ее теряет Ваш муж. Поскольку наша душа в огромной степени развивается через рели­гиозные заповеди, религиозные мировоззрения, осуждение любой религии или верующих усилива­ет зацепленность за душу, а затем приносит не­счастье нам и нашим близким. Поэтому Вам нуж­но пройти заново по жизни и снять внутренние претензии к любой религии, отмолить претензии к тем людям, которые оскорбляли Ваши религиоз­ные чувства. Любые религиозные заповеди не мо­гут быть целью. Они так же, как и все, являются средством для накопления любви к Богу. Не зря Моисей разбил каменные скрижали, на которых были выбиты 10 заповедей. Насколько Вы пере­станете обожествлять и зависеть от любых религи­озных моментов, от высших проявлений Вашей души, настолько Ваш муж снова станет обретать душу.

Помню еще одну интересную ситуацию. Моло­дая женщина пришла ко мне с одной проблемой:

—  Мне ничего не хочется, — сказала она, — у меня куда-то исчезли все чувства. Полное отупе­ние во всем.

—  Чувства связаны с душой, — сказал я ей, — если у Вас ощущение, что Вы теряете душу, то, наверное, Вы за нее сильно зацепились. А причи­на следующая: у Вас было постоянное осуждение общества и государства.

—  Но почему же тогда у меня ничего не заболе­ло? Почему именно так я страдаю?

—  Если бы Вы жестко, прицельно обиделись на какого-то человека, то и программа самоуничто­жения вернулась бы назад прицельно. Возненави­дели — испортилось зрение, заревновали — ин­сульт или поджелудочная, долго обижались — сердце и легкие, постоянно критиковали и логиче­ски осуждали — печень. А поскольку Вы обижа­лись на большие группы людей и на весь мир, программа самоуничтожения имеет очень большой масштаб и медленно накрывает не только тело и дух, но и душу. Хотите опять ощутить радость чувств, снимите задним числом недовольство ми­ром, государством, группами людей.

 

С. Н. Лазарев. «Диагностика кармы. Ступени к Божественному». Книга 6

    Комментариев пока нет, будьте первыми!

Оставить комментарий

Авторизуйтесь, чтобы оставлять комментарии

Читайте также
Задание от С.Н. Лазарева! Любую боль, обиду, коварство, напасть преодолеем мы, вооружаясь любовью От С. Н. Лазарева Задание от С.Н. Лазарева! Любую боль, обиду, коварство, напасть преодолеем мы, вооружаясь любовью
Что бы ни произошло, теперь я понимаю, что это приведёт меня к Богу.
22 сентября 2021
12
1764
Сентябрьская скидка на материалы С.Н.Лазарева по теме: «Уныние»! От С. Н. Лазарева Сентябрьская скидка на материалы С.Н.Лазарева по теме: «Уныние»!
Уныние есть глубинное недовольство собой, судьбой, окружающим миром. Это неверие в будущее и неверие в себя, это постоянная агрессия по отношению к любви.
21 сентября 2021
1
714
Групповая практика-онлайн «Принятие новой энергии». Присоединяйтесь! От С. Н. Лазарева Групповая практика-онлайн «Принятие новой энергии». Присоединяйтесь!
Практика поможет вам настроиться на гармонизацию своего внутреннего состояния, на обновление энергии и на те преобразования, которые вы хотите, чтобы произошли в вашей жизни.
20 сентября 2021
2
170
Поддержать автора
Вы можете поддержать развитие нашего сайта, перевод книг на другие языки и других проектов, связанных с исследованиями С.Н. Лазарева.
Узнать больше
Подписка
Оставьте ваш e-mail, чтобы 2 раза в месяц получать информацию о новинках, интересных статьях и письмах читателей
0