×

Корабль, пришедший для спасения

Наш мозг является продуктом высокоорганизованного со­знания — и одновременно химические процессы, происходящие в мозгу, сопровождаются тем про­цессом, который мы называем мышлением. Но еще раз хочу подчеркнуть, что в первую очередь мы думаем полем.
18 марта 2019
0
150

Полдень.

В Париже я все-таки заблудился. Взял направ­ление на юг, проехал мимо Эйфелевой башни, полюбовался великолепной архитектурой. После этого в голове все перепуталось, и, увидев знако­мое название «Бульвар Сен-Жермен», я двинулся вдоль него, рассчитывая попасть в южную часть Парижа. Бульвар закончился, и почему-то мне опять пришлось пересечь Сену. Потом я вышел на какую-то большую трассу и минут через пятна­дцать увидел знакомое название — «Страсбург». Оказывается, я направлялся обратно в Германию, из которой приехал. На первом же съезде я попы­тался развернуться, а потом подъехал к стоящему такси. Таксист покачал головой, глядя на меня, потом объяснил:

—  Впереди при первом же повороте повернешь налево — и держи направление на Версаль. Когда на указателях появится название «Орлеан», пово­рачивай туда.

Я двинулся в сторону резиденции французских королей. Потом увидел знакомое название «Бор­до». Всегда с уважением относился к этому горо­ду, ведь это столица красных французских вин. Это тоже южное направление. Поеду туда, а там сориентируюсь.

Я был в этом городе пару лет назад, и он мне очень понравился. Великолепные, бесшумные трамваи. Все четко продумано. Никакой суеты. Все для блага человека, все во имя человека. Ком­мунисты этот лозунг создали, а на Западе его реа­лизовали. И архитектура тоже изысканная, и прекрасные ресторанчики. Я купил там бутылок пятнадцать отличного «Бордо», обернул их специ­альной бумагой и положил в чемодан. Но не могут же быть одни только положительные эмоции. Из Франции я летел в Москву. Уже сидя в самоле­те, я наблюдал, как грузчики загружают багаж. У меня появилось ощущение, что я на футбольном матче. Они пинали чемоданы ногами, как заправ­ские футболисты. До этого момента я был уверен, что мой багаж хорошо упакован. Когда, призем­лившись в Москве, я получил свой чемодан, я за­метил, что он весь красного цвета и мокрый даже снаружи. Раскрыв его, я просто ахнул. Впечатле­ние было такое, будто кто-то открыл чемодан и специально колотил бутылки молотком. От них остались мелкие кусочки. «Не зря первая социа­листическая революция произошла во Фран­ции, — подумал я тогда. — Не любит народ рабо­тать. Не зря тут сейчас забастовки у молодежи. Прикрываясь лозунгом социальной защищенно­сти, хотят больше получить и меньше отдать. Ведь, по сути, главный принцип коммунизма — глубоко языческий. Каждому — по потребностям, от каждого — по способностям. Пикантность за­ключается в том, что наши потребности всегда больше наших способностей, и получать люди хо­тят гораздо больше, чем они могут заработать. Суть коммунизма — это поклонение халяве».

Может быть, я просто запал на алкоголь. И мне дали знак, что пить надо меньше. Кто знает?

Проехав по трассе часа полтора, я вдруг понял, что ухожу на запад. Притормозил возле какого-то мужчины — тот стоял рядом с огромной машиной. Комбайн не комбайн, но что-то связанное с сель­хозтехникой. Когда я заговорил о Барселоне, француз сочувственно покачал головой:

—  Возвращайся назад, километров сто. Уви­дишь табличку «Орлеан» — поворачивай направо.

Я развернулся — и на первой же заправке при­обрел карту Франции. То есть сделал то, с чего надо было начинать. Когда едешь с большой ско­ростью, насекомые разбиваются о стекло, и оно мутнеет. «Интересно, а есть ли жидкость, помога­ющая смывать налет? — подумал я. — Ведь обыч­ная вода его не берет». В магазинчике, который находился в здании автозаправки, я спросил, есть ли такая жидкость. Оказалось, что есть. Я плес­нул ею на стекло, и щетки сразу же привели его в порядок. Через какое-то время я увидел наконец-то название «Орлеан».

День был великолепный. Справа и слева про­плывали поля и живописные рощи. Правда, ука­затели здесь послабее, чем в Германии, где заблу­диться невозможно. За сто-триста метров до каж­дого поворота — огромные щиты над трассой, четко и ясно показывающие все направления. До­роги в Германии идеальные. Во Франции тоже все хорошо. Вспомнилось выражение князя Голицы­на, который никогда не говорил, что вино плохое. Он говорил так: «Вино хорошее, но не превосход­ное». А вот в России с указателями неважно. Ощущение такое, что те, кто ставили указатели, пытались запутать всех автомобилистов.

Хаос на дорогах и в экономике происходит из хаоса в головах. Ведь до сих пор тело языческого вождя находится в мавзолее на Красной площади и захоронено по языческому обряду. Да и само слово «вождь» о многом говорит. Откуда же у большевиков появились такие пещерные, языче­ские представления? «Как это ни печально, — по­думал я, — но взять все эти идеи они могли толь­ко в одном месте — у православной религии». Не­погрешимость духовной, идеологической власти. Обещание будущего рая — только не на небе, а на земле. Исполнение всех желаний — только мо­литься нужно не Богу, а вождю. Коммунистиче­ский вождь — это, по сути, языческий бог, спус­тившийся на землю.

Русская интеллигенция 150 лет тому назад рас­суждала достаточно просто. Церковь обещала всем рай, обещала всех людей сделать братья­ми — и верой в Бога воспользовалась, чтобы иметь миллионы крепостных и накопить колос­сальные богатства. Вместо братьев получились рабы и профанация самой веры. Значит, нам не нужна вера и не нужна религия, которая не суме­ла объединить людей. Мы объединим людей и спа­сем человечество по-другому — без Бога и без церкви. Если духовное направление пришло к де­градации, мы сделаем людей счастливыми через материальный аспект. Объединим людей не через религию, а через общую собственность. Коммуни­сты поклонялись светлому будущему, поклоня­лись материальному счастью — и все то, чему они поклонялись, начало расползаться и распадаться.

Европа все еще по инерции верила в Бога. Но сейчас здесь повторяется то же, что было в России 150 лет назад. Это не только ослабление религии и усиленный материализм. В результате поклонения жизни, физическим аспектам бытия медленное разрушение приняло другие формы.

Кто мог подумать, что детские мультфильмы могут убивать душу? А ведь большинство за­падных мультфильмов невероятно агрессивны внутри. Поклонение жизни рано или поздно за­канчивается ее разрушением. Еще пятнадцать лет назад я заметил эту тенденцию и говорил, что мультфильмы могут пагубно влиять на детей. Сей­час 2009 год, и об этом уже начинают поговари­вать психологи.

В детстве у ребенка закладываются стереотипы поведения, которые потом работают всю жизнь. В каждом возрасте у нас есть определенный пери­од развития, для которого выделяется пакет энер­гии. И если время упущено, то человек уже нико­гда не научится и не создаст базовые функции. Ни один «маугли» не заговорил (речь идет о детях, которые в младенчестве оказались в среде живот­ных, а потом были возвращены к людям). Если ребенок в детстве не общается с близкими людь­ми, он может превратиться в умственно отсталого, и наверстать это будет потом невозможно. Да что там дети, недавно я услышал о том, что мозг попу­гая соответствует уровню трехлетнего ребенка, и если с попугаем не общаться, он может сойти с ума и умереть. Коммунисты мечтали устроить всех детей в детдома, не понимая, что сама идея детского дома ущербна по своей сути. Воспитание не может быть только коллективным. Для того чтобы ребенок развивался, он должен общаться один на один с матерью, близким человеком. Че­рез любовь и душевное тепло происходит главное обучение. Любовь, искренность, забота, жертвен­ность, сострадание — этому маленький ребенок должен учиться с раннего детства, иначе он потом не сможет создать семью и развить в себе социаль­ное мышление.

Раньше девочка играла с кастрюльками, таре­лочками, нянчила тряпичную куклу — и огром­ная, неиспользованная энергия шла на создание образа, стереотипа матери, жены, подруги. Чем активнее ребенок включается в социальную жизнь через школу, спорт и так далее, тем меньше у него остается энергии на формирование мировоззре­ния. Когда девочки играют с печально известными куклами Барби, у них срезаются навыки и образ матери, жены, хозяйки. Жертвенность и сострада­тельность тут не нужны — кукле Барби нужны дворцы и красивая одежда. Она уже взрослая, ей нужны машины, ей нужно все, что нужно взрос­лому. В этой кукле воплощена идея бесплодия.

То же самое разрушение наблюдается в мульт­фильмах. Причем почему-то целенаправленно уничтожаются высокие чувства. У героев мульт­фильмов отталкивающие, злые лица. Главная идея — это вовсе не сострадание и помощь друг другу, принятые в христианской литературе. Вез­де культ силы. Обмануть, подавить, уничто­жить — вот главный мотив действующих героев. Помню, я возвращался недавно из очередной по­ездки. В Шереметьево, где приземлился самолет, я, ожидая машину, зашел в кафе. В этом кафе на большом экране демонстрировался мультфильм. Главный герой — общеизвестный Шрек. Как я по­нял, он объяснялся в высоких чувствах принцес­се. Вроде бы — идиллия, вроде бы у них вспых­нули высокие чувства. И вот они, взявшись за руки, удаляются по лесной тропе. А потом он ви­дит лягушку и решает показать свои удаль и пре­восходство — хватает ее и надувает, как воздуш­ной шарик. Лягушка лопается и погибает. Зеле­ный уродец горделиво смотрит на принцессу, а та, вместо сострадания, делает следующее. Хватает змею, скрывшуюся в траве, и также надувает ее, как воздушный шар, только длинный, а потом пе­рекручивает несколько раз и запускает в небо.

А потом главный герой с размаху ударяет свою спутницу кулаком в лицо. Просто так, чтобы ста­тус свой показать. А потом, кажется, опять они идиллически удаляются по лесной тропинке. Лю­бовь, вера, сострадание, взаимопонимание, един­ство здесь начисто отсутствуют. Низменные чув­ства, грубое поведение — в общем, статус домини­рующего самца или самки. Это уже даже не язычество, а чисто животное поведение. Секс и насилие из развлечений взрослых перекочевали в детские сказки и мультфильмы. Для взрослых это направление вредно, для детей — убийственно. Результаты, я думаю, мы скоро увидим в масшта­бах планеты.

«Странно, — думаю я, — многие люди считают себя верующими, но мало кто знает, в чем суть мо­литвы». Большинство верит в Бога до тех пор, пока это не ущемляет их интересов. Весь смысл их веры — реализация собственных желаний и до­стижение своих целей. Творец для них — это средство для исполнения желаний, и никто не за­думывается, что это мышление язычника. А у язычника так: если божок не исполнил желаний, то его можно расколотить и поклоняться новому, более сильному. Для язычника Бог — это только средство. Если желания не исполняются, он ве­рить перестает. Если ожидаемой защиты нет, за­чем тогда верить, поклоняться и молиться?

Первая и главная из Десяти заповедей звучит так: «Я Бог твой единый; да не будет у тебя дру­гих богов перед лицом Моим». В то же время, выс­шей заповедью в иудаизме и христианстве являет­ся следующая: «Возлюби Бога превыше всего». Я сначала не мог понять, почему две эти заповеди говорят вроде бы совершенно о разном. Разве мо­гут быть главными две заповеди? Первой и глав­ной может быть только одна. Прошли годы, и в конце концов я понял, в чем смысл этой тайны. На самом деле это одна и та же заповедь, которая внешне разделяется на противоположности. Если Бог един, то все, что Им создано, тоже едино. По­чувствовать, что Бог един, можно тогда, когда лю­бишь целое, а не часть. Если кого-то или что-то я люблю больше всего на свете, это означает, что часть для меня важнее целого. И тогда я физиче­ски не смогу ощутить, что Бог един. Каждую свою привязанность или цель я буду привязывать к определенному божеству.

Почему вера и религия начинались с жертвы? Потому что для ощущения целого нужно отре­шиться от части. Поэтому добродушие, жертвен­ность, сострадание, с одной стороны, помогали от­решиться, а с другой стороны, способствовали ощущению единства со всей вселенной и Творцом. Тот, кто хочет гораздо больше получать, чем отда­вать, любить не научится. Потому что жертва, терпение и сострадание будут для него неприемле­мы. Представьте, что вы каждый день о чем-то просите человека и он удовлетворяет ваши прось­бы. Честно ответьте: будете вы его любить? Вряд ли. Потому что вы не жертвуете, не заботитесь, не отдаете. А если вы, обращаясь к Богу в молитве, будете только выпрашивать: почувствуете вы к Нему любовь? Вряд ли. И получается, что боль­шинство молитв противоречат первой заповеди. Потому что молитва должна быть признанием в любви. Через молитву человек должен соединить­ся с Творцом и уподобиться Ему. Чтобы получить, сначала нужно отдать. А если мы, обращаясь к Богу, только просим и требуем, то эта же модель поведения будет распространяться и на всех близ­ких и далеких людей.

Потребительство и наслаждение связаны между собой. Любовь всегда связана с жертвой, любовь отдает и получает. А удовольствие — это только получение. Я раньше не понимал, почему люди, увлекающиеся сексом, становятся эгоистичными, жадными. Просто видел, что жадность, зависть и ревность — это явления одного порядка. А потом понял: секс — это ведь сплошное удовольствие. А когда сдерживаешь свои желания, это в принци­пе называется жертвой. Периодическое воздержа­ние в еде и сексе — это добровольное ущемление себя. При этом энергия направляется на любовь, а не на тело или сознание. Сексуальная невоздер­жанность не только вредит умению любить, но и делает человека эгоистичным и подталкивает его к грехам и преступлениям.

В моей памяти всплывает разговор с женщи­ной, пришедшей на прием. Она долго сидела заду­мавшись, а потом сказала:

—  У меня нет проблем со здоровьем. И с судь­бой у меня все нормально. Я пришла к вам пото­му, что меня мучает только один вопрос. Не так давно мне приснилось, что я разговариваю о сексе со своим собственным сыном. А через несколько дней мне приснился другой сон: я со своим сыном уже занимаюсь сексом. И при этом я совершенно нормальный человек, и мой сын — тоже.

—  Ваш сын работает, учится? — спрашиваю я.

Она мнется несколько секунд.

—  Он работает в клубе, который посещает мно­го гомосексуалистов. Но он совершенно нормаль­ный парень. Меня мучают все-таки эти сны, и я не могу понять, откуда это идет.

—  В прошлой жизни вы слишком увлекались сексом, особенно во время беременности.

Она пожимает плечами:

—  Я и в этой жизни делала то же самое. А по­чему? Потому что медицина и ученые всегда утверждали, что это полезно. Что это дает много положительных эмоций, необходимых ребенку.

—  Понятно, — говорю я. — А теперь смотрите, что происходит на самом деле. До второго месяца беременности ребенок еще индифферентен, поэто­му сексуальные контакты родителей для него не так опасны. После второго месяца начинают фор­мироваться пальчики на руках, и это означает включение в окружающую жизнь. С этого време­ни ребенок учится, через мать, управлять и конф­ликтовать, и поведение матери откладывается в его подсознании. Первый опыт решения конфликт­ных ситуаций ребенок получает уже в третий ме­сяц беременности, и одновременно у него форми­руются целевые установки. Можно сказать, во­прос «В чем смысл жизни?» ребенок задает себе на третьем-четвертом месяце беременности. Его главное эмоциональное состояние формирует­ся на пятом месяце беременности. Я раньше гово­рил, что на пятом месяце ребенок общается с Бо­гом, поэтому обиды, ненависть, увлечение сексом, аборт в это время являются чрезвычайно опасны­ми. Куда направлено подсознание женщины в этот период, туда всю жизнь будет идти ребенок. Если душа женщины в этот период идет к Богу и люб­ви, то ее потомство будет жизнеспособным.

Самым опасным врагом любви является на­слаждение. А самое большое наслаждение женщи­на получает от секса. Поэтому увлечение сексом во время беременности разрушает наше единство с Творцом. Не полностью, конечно. Рушатся те свя­зи, через которые приходит энергия здоровья, фи­зического, психического, и передается нашим по­томкам. Они уже будут ущемлены и в судьбе, и в личной жизни, и в здоровье. И то, что вашего сына тянет к гей-клубам, не случайно. В его под­сознании Бог — это секс, а поклонение сексу не­избежно приводит к педофилии, гомосексуализму, импотенции, болезням и смерти.

—  Получается, что наука исполняет роль дья­вола? — недоверчиво спрашивает женщина.

—  Конечно, — говорю я. — Для науки вера в Бога — это чистая абстракция, любовь — это фи­зиология, а такое понятие, как душа, — под боль­шим вопросом. А сознание — это продукт высоко­организованной материи, то есть мозга. То есть клетки мозга зашевелились, и у вас появилась мысль. А если они шевелиться не будут, то ни од­ной мысли у вас в голове не появится.

Вы думаете, почему ученые без устали изучают мозг талантливых людей? Потому что у талантли­вого человека, по этой теории, мозги должны быть другие. И представляете, какая незадача, у мно­гих талантливых людей мозги не просто такие же, как у всех, а бывают по весу даже меньше, чем у обычного человека. Но наука тем не менее зубами держится за тело и пытается всю картину выстро­ить, исходя из его потребностей. А ведь это уже много тысяч лет тому назад делали язычники.

Для того чтобы понять, что главный смысл жизни и цель существования не связаны только с потребностями тела, его физиологией, людям по­требовалась не одна тысяча лет. А сейчас совре­менная научная концепция, опираясь только на материальные законы, подчеркивая первичность тела, неуклонно уводит людей от единобожия, от нравственности и превращает их в язычников. Хотя многие научные данные можно объяснить только с одной позиции: мозг является продуктом высокоразвитого сознания. Почему наука не мо­жет принять эту простую и понятную истину? По­тому что ученые мыслят половинчато. У них мыш­ление язычников: они не могут соединить в своем сознании две противоположности. Это может сде­лать лишь единобожник. Когда в душе есть лю­бовь, она позволяет ощутить целое.

—  Так все-таки что же первично: дух или мате­рия? — спрашивает женщина.

—  Первично то, что лежит в их основе, — отве­чаю я. — Уже около ста лет назад ученые узнали об одном невероятном феномене: электрон в опре­деленных случаях ведет себя как частица, а в дру­гих случаях — как волна. Так что же первично: частица или волна? Но ведь это в принципе одно и то же. Однако разница все-таки есть: частица может раствориться в волне и исчезнуть, а волна никуда не денется. Тогда второй вопрос: может ли такая частица, как электрон, воздействовать на волну, на окружающее пространство? Естествен­но, может и воздействует. Так же как тело и мозг воздействуют на сознание. Но сознание все-таки первично по отношению к телу и с разрушением тела продолжает существовать. Люди во время клинической смерти видели, что происходит в реа­нимационной палате и за ее пределами. Слепые люди, побывавшие в коме, также совершенно ясно видели, что происходит вокруг, и потом в точно­сти описывали все события. Но когда они ожива­ли, то по-прежнему оставались слепыми.

Вывод напрашивается сам собой: мы видим не только нашими глазами, но и нашим полем. Если те частицы, из которых мы состоим, являются од­новременно и волнами, то есть полевой структу­рой, то человек является не только физическим те­лом, но и телом духовным — волновым, полевым. В первую очередь человек видит своей полевой структурой, а потом — физически. Наши глаза и наш мозг только дублируют те процессы, которые происходят на полевом уровне. Более того, созна­ние достаточно ограниченно, поскольку связано с телом. Поэтому глазами и сознанием мы видим го­раздо меньше, чем своим духовным телом.

В этом есть свой резон. Сейчас объясню поче­му. Представьте себе, что находитесь в горах и вам нужно дойти до селения. Вы встречаете двоих человек и спрашиваете, как вам добираться. Один говорит — нужно идти налево, другой говорит — нужно идти направо, и каждый уверен, что прав. А вы растерянно садитесь на камень и не знаете, что делать. Эти двое уходят, а к вам подходит тре­тий человек, и у него вы тоже спрашиваете, как пройти к селению. «Видите эту гору? — объясня­ет этот человек. — Идите вперед и огибайте ее с левой стороны. За ней будет еще гора, ее нужно будет обогнуть с правой стороны. И после этого вы найдете дорогу, которая приведет вас к селе­нию». И тогда вы понимаете, что первые два пут­ника действительно были правы, но каждый — на своем отрезке времени.

Дело в том, что в нашем подсознании содержит­ся колоссальное количество информации. Более того, поскольку наше подсознание имеет волно­вую природу, в нем содержится информация обо всей вселенной — и в пространстве, и во времени. То есть информация о том, что было, есть и будет. Поскольку сознание связано с телом, то его воз­можности ограниченны. Поэтому слишком боль­шой пакет информации, пришедший из подсозна­ния, может убить наше сознание и наше тело.

В принципе, каким образом происходит разви­тие? Из целого появляется часть, из общего — индивидуальное. Из подсознания возникает созна­ние, они взаимодействуют как две противополож­ности. Сознание растет, развивается, оформляет­ся, питаясь за счет подсознания, набирает силу и начинает чувствовать себя первичным. Конфликт обостряется. Сознание (то есть мысль) пытается подавить и уничтожить подсознание (то есть чув­ства), после чего сознание начинает разрушаться и погибать. Погибнув, оно растворяется в подсозна­нии, и затем процесс начинается заново.

Родившаяся не так давно фраза: «Человек — хозяин природы» является показателем того, что сознание начало вести себя агрессивно по отноше­нию к вселенной и скоро оно начнет распадаться. Пока идет деградация главных ориентиров, обес­печивающих правильное взаимодействие сознания и подсознания.

—  А как это выглядит в реальности? — спра­шивает пациентка.

—  Один из недавних примеров — популярная книга «Код да Винчи». Она написана очень жи­вым и увлекательным языком. А теперь смотрите, в чем ее смысл.

Для верующего Иисус Христос — это маяк, главный ориентир. Светом этого маяка является любовь. Любовь, которая соединяет нас с Богом и не зависит от нашего тела с его желаниями, от на­шего сознания и самых высоких чувств. Любовь, которая сохраняется, когда разрушаются любые составляющие человеческого счастья.

Что мы видим в книге? Главный герой распуты­вает сложнейшие головоломки, стремится к пони­манию главного «кода да Винчи», то есть к рас­крытию смысла жизни. И в конце книги этот код раскрыт. Это секс, это сексуальная оргия как са­мое сильное средство, раскрывающее возможно­сти секса. Это сексуальное наслаждение. О любви здесь не говорится ни слова. О смерти, о насилии, о кровосмешении, о преступлениях — сколько угодно. А попутно еще совершается аналогичное открытие: Христос, оказывается, любил занимать­ся сексом и у него была куча детей. Главная ге­роиня книги является его прямым потомком. На рекламу этой книги были затрачены, судя по все­му, огромные деньги. В этой рекламе нет ни единого слова о художественной и нравственной ценности произведения. Главный аргумент — ко­личество проданных книг. Если продалось более сорока миллионов экземпляров, то это лучшее до­казательство качества книги. Значит, эту книгу должен прочитать каждый.

Раковая опухоль активно борется за свое выжи­вание. Вы никогда не сумеете убедить ее, что нуж­но приостановиться, что ее активное развитие убь­ет и организм, и ее вместе с ним. Вы также вряд ли убедите тех людей, которые объявили грех доб­родетелью и поклоняются деньгам, сексу и наси­лию. Но если в своей душе вы сумеете ощутить любовь и устремление к Творцу как главный смысл жизни, вы создадите то направление, кото­рое остановит развитие раковой опухоли. На уровне поля мы все едины. Устремление к любви гораздо сильнее любой патологии. Те люди, кото­рые открывались для любви, побеждали тяжелей­шие заболевания, в том числе и раковые. Не сле­дует для начала подменять любовь сексом, деньга­ми, благополучием, упоением от собственного превосходства.

Все, что мы долго делаем в нашем сознании, постепенно переходит в подсознание. Если у нас правильное мировоззрение и поведение, то оно, проникая в подсознание, начинает очищать его верхние слои. Что такое болезни, несчастья, раз­личные патологии? Это есть деформации верхних слоев подсознания. Физиология нашего тела, наша психика, наша судьба, наше будущее и буду­щее наших детей — все это заложено в нашем под­сознании. Своими мыслями, поведением мы мо­жем восстанавливать или разрушать эти структу­ры — правда, не сразу. Грехи человека проходят в подсознание и начинают влиять на судьбу и здо­ровье обычно через много лет. Правда, в послед­нее время это взаимодействие ускорилось.

Женщина задумчиво смотрит перед собой.

—  Получается, что мозг не создает мыслей? — спрашивает она.

Я улыбаюсь.

—  Чтобы было понятнее, расскажу вам о своем опыте. Больше двадцати лет назад я попал в груп­пу, которая обучалась экстрасенсорным методам диагностики. Ее вел человек, который по образо­ванию был физиком. Он обучал сверхчувственно­му восприятию физических полей. Если орган за­болевает, то меняются характеристики физическо­го поля, которые порождаются этим органом и зависят от него. То есть через физические поля можно многое узнать об объекте, который нахо­дится на большом расстоянии. Идея была неслож­ной: если поле зависит от объекта и связано с ним, то диагностикой поля мы можем добиться тех же результатов, что и при диагностике объекта, — и даже больших, поскольку чувствительность чело­века намного превышает возможности аппарату­ры. Так вот, я сразу же заметил, что на полевом уровне деформации, свидетельствующие о болез­ни, могут появляться раньше, чем болезнь органа. И я сделал предположение, что есть другой слой полевых структур, которые первичны по отноше­нию к телу. Болезнь появляется сначала именно там. Несколько лет я пытался увидеть эти слои полей, а потом научился это делать. Я начал ви­деть события — заметьте, не только болезнь, но и события — задолго до того, как они происходят на физическом уровне. Тогда я понял, в чем фено­мен ясновидящих, прорицателей и пророков: у них был допуск в те слои тонких планов, которые являются первичными по отношению к телу и фи­зическим объектам.

Если говорить о человеческом теле, то можно утверждать, что оно первично по отношению к не­которым видам полей и вторично по отношению к другим. То есть здесь присутствует единство и борьба противоположностей. Также и наш мозг является продуктом высокоорганизованного со­знания — и одновременно химические процессы, происходящие в мозгу, сопровождаются тем про­цессом, который мы называем мышлением. Но еще раз хочу подчеркнуть, что в первую очередь мы думаем полем. Наука нередко упоминает о не­вероятных фактах, когда человек думает, общает­ся, разговаривает, а потом он внезапно умирает и при вскрытии оказывается, что мозг у него отсут­ствует: превратился в кисель из-за тяжелой болез­ни. Ему нечем было думать и общаться. Для уче­ных эта загадка необъяснима. А на самом деле функции мышления и общения взяла на себя по­левая структура.

Почему этого не происходит в обычных услови­ях? Потому что иначе не будет развиваться наше тело и сознание. Если маленького ребенка все время держать за руки, он не научится ходить. Мать не должна ходить вместо ребенка, она долж­на сохранять дистанцию, иначе развития не будет. Но иногда, в критические моменты, мать может схватить ребенка за руку и удержать от падения.

Сознание и подсознание — это точка и беско­нечность. На тонком плане это одно и то же, а внешне они живут по разным законам. Главный принцип подсознания — это единство. Главный принцип сознания противоположный. Это индиви­дуализм. Взаимодействуя друг с другом и пере­ходя друг в друга, эти противоположности усили­вают импульс любви, соединяющий их с Творцом. Когда-нибудь сознание достигнет масштабов под­сознания, они сравняются и соединятся друг с другом в одно целое. Это будет завершением цик­ла развития вселенной.

—  Ну а пока, — улыбаюсь я, — мы наблюдаем деградацию и саморазрушение сознания, которое начало работать на себя, как раковая клетка.

Я вижу взгляд женщины и понимаю, что он означает.

—  Старого сознания уже не будет, оно умрет. Спасать его бессмысленно. Нужно рядом созда­вать новое. И переселяться в него, как с тонущего корабля переселяются на корабль, пришедший для спасения. А начинается это спасение с первого импульса. С любви к Богу, которая ни от чего не зависит и является главной ценностью.

 

С. Н. Лазарев. «Человек будущего. Воспитание родителей». Часть 3

Читайте также
Новые картины С.Н. Лазарева и новое оформление! От С. Н. Лазарева Новые картины С.Н. Лазарева и новое оформление!
Теперь картины Сергея Николаевича Лазарева можно приобрести на пенокартоне, – это новый, более доступный, вид печати с высоким качеством цветопередачи.
11
2931
Основной инстинкт человека. Малодушие и борьба с ним От С. Н. Лазарева Основной инстинкт человека. Малодушие и борьба с ним
С.Н. Лазарев о главном инстинкте человека, о причинах малодушия и предательства и их преодолении.
8
1734
Нужна помощь читателей! От С. Н. Лазарева Нужна помощь читателей!
Помогите нам своими комментариями на сайте и в магазине
2
1163
Оставить комментарий

Авторизуйтесь, чтобы оставлять комментарии

    Комментариев пока нет, будьте первыми!

Оставить комментарий

Авторизуйтесь, чтобы оставлять комментарии

Поддержите нас
Вы можете поддержать развитие нашего сайта, перевод книг на другие языки и других проектов, связанных с исследованиями С.Н. Лазарева.
Узнать больше
Подписка
Оставьте ваш e-mail, чтобы 2 раза в месяц получать информацию о новинках, интересных статьях и письмах читателей
0
Важно ваше мнение!
Напишите пожалуйста отзывы о сайте! Что нравится? Как все работает? и что можно улучшить!
Подробнее