Женская эмансипация

Кстати, я пытался узнать, когда появилась женская эмансипация. Сначала обнаружил вер­сию, что этот процесс начался в Америке около ста лет тому назад. А потом, перечитав «Горе от ума» Грибоедова, я понял, что в России этот про­цесс вот уже двести лет, как существует.

Что Чацкий говорит о Софье? Она, несомнен­но, простит Молчалина и выйдет за него замуж. Муж-мальчик, муж-слуга — это для нее идеаль­ный вариант замужества, ведь тогда она свободна и может делать все, что хочет. На первый взгляд, это кажется странным. Молчалин, которого она, рискуя репутацией, пустила ночью к себе в спаль­ню, плюет на нее, на ее чувства и одновременно ухлестывает за горничной. Но для Софьи понятия любви и нравственности не являются главными, поэтому она легко переносит сложившуюся ситуа­цию. Слишком велико искушение иметь бесправ­ного мужа-слугу, слишком обширные возможно­сти и преимущества обещает такой брак.

Возникает закономерный вопрос: откуда же та­кая испорченность у юной девушки, которая ум­ному и волевому Чацкому предпочитает угодливо­го Молчалина, которая до брака, не задумываясь, пускает к себе в спальню понравившегося мужчи­ну? Похотливость и гордыня связаны друг с дру­гом, но откуда такие наклонности у юной де­вушки?

А ведь определенный смысл зашифрован в са­мом ее имени. Имя Софья означает по-древнегре­чески «мудрость, сознание». Древние греки вос­принимали мудрость — как ум без души, то есть как ум, знания и опыт. Поклонение сознанию — это поклонение будущему и, в конечном счете, благополучной судьбе. Снова царство разума.

Но не только. Отец Софьи, внешне придя в ужас от непристойного поведения дочери, неожи­данно проговаривается:

Дочь, Софья Павловна! страмница! Бесстыдница! где! с кем! Ни дать, ни взять она, Как мать ее, покойница жена.

Бывало, я с дражайшей половиной

Чуть врознь, — уж где-нибудь с мужчиной!

То есть Фамусов проболтался о том, что его жена, мать Софьи, была бесстыдной и безнравст­венной женщиной. Но тогда возникает пикантный вопрос: как мог сам Фамусов позволять жене вес­ти себя так непристойно? Ведь тогда мужья имели гораздо больше прав, чем сейчас. Получается странная картина — внешне заботясь о приличи­ях, глава семейства терпимо относился к любым нравственным преступлениям. Откуда такое неве­роятное попустительство греху? Откуда такая снисходительность к уничтожению любви и к на­рушению заповедей?

Ответ на этот вопрос дает сам глава семейства, когда учит Чацкого, как ради чинов, наград и бла­гополучия можно и нужно отрекаться от нравст­венности, чести и достоинства. Можно лебезить, пресмыкаться, выставлять себя шутом, плевать себе в душу. Если тебе сулят положение и деньги, можно делать все это, не задумываясь.

Какой вывод отсюда следует? Снисходительно к нравственным преступлениям может относиться тот, кто в душе отказался от Бога и от любви. Рос­сийское общество к тому времени сформировало уже свою систему приоритетов. Поэтому Чаадае­ва, который назвал Россию полигоном для нравст­венных преступлений, объявили сумасшедшим. Грибоедова, протестовавшего против лизоблюдст­ва, разрушения души в угоду куску хлеба, назна­чили послом в Персию, пустив прежде слух о его сумасшествии.

Уже двести лет назад в России человек верую­щий и нравственный выглядел сумасшедшим, а человек беспринципный, похотливый и гордый считался нормальным и заслуживал всеобщего уважения. Остается понять, что лежит в основе этого страшного процесса, почему прорастающее идолопоклонство начало истреблять христианство, его суть, его смысл.

Отключаясь от размышлений, я наливаю кипя­ток в заварочный чайник. Нужно отвлечься от всех мыслей и подумать о сегодняшних делах. Че­рез несколько минут я пробую горячий чай, и сра­зу же наступает умиротворение. Теперь понятно, почему люди гордые страдают обжорством. Когда начинаешь есть и пить, чувства включаются силь­нее, а наши чувства связаны с душой. Сознание утихает и перестает работать в непрерывном режи­ме, на душе становится легче. Как хорошо.

С.Н. Лазарев «Человек будущего. Воспитание родителей», часть 5

Подробнее о книге