Ворота ада увиты розами

Почему-то опять приходит на память фильм Стэнли Кубрика. Интересно, почему он так стран­но называется — «С широко закрытыми глаза­ми»? Есть же в этом какой-то смысл; наверное, суть фильма именно в этом. Обычно человек ши­роко раскрывает глаза, чтобы лучше видеть цель, к которой он стремится. Широко раскрытые гла­за — это символ целеустремленности человека. Значит, этот фильм означает следующее. Нынеш­няя цивилизация изо всех сил стремится вперед, но направление избрано неверное. Концовка фильма — полная победа животных желаний над любовью, нравственностью и душевной теплотой. На самом деле это смерть. И сексуальная сцена, которой завершается фильм, и сладострастие, ко­торое должно последовать за этим, на самом деле являются приговором обоим героям. Смерть каж­дый раз выглядит по-разному.

Недавно в телевизионной передаче я услышал признание одного из актеров Голливуда. Сначала был блестящий успех, слава, затем — алкоголь и медленное саморазрушение. Потом — мучитель­ное воскресение, возвращение в большое кино и снова известность, и новые премии.

«Ты знаешь, как выглядит ад? — сказал актер своему знакомо­му. — Ты думаешь, это запах серы, котлы и огонь? Ничего подобного. Ворота ада увиты роза­ми, благоухают неземными ароматами и сулят лю­бые наслаждения, о которых ты только мечтал. И если ты купишься на все это, то потом не сразу поймешь, что очутился в аду, где душа твоя поги­бает».

Замечаю, что пиво стало горчить, — бокал можно отставлять. А ведь в этом есть большой плюс. Некачественный алкоголь появился сейчас для того, чтобы люди от него отказались. Как-то в московском аэропорту, в дьюти-фри, я купил до­рогой французский коньяк. Естественно, это ока­залась подделка. Но запах настоящего коньяка там все-таки присутствовал. Сейчас все магазины забиты винами различных марок и везде звучит один припев: «На Кавказе всегда пили вино и жили дольше всех». Маленький нюанс: крепость домашнего вина — 7—9%. Оно пьется, как квас. Все то, что продается в магазине, назвать насто­ящим вином можно уже только с натяжкой. Но реклама заставит поверить во все что угодно.

«А кстати, — задумываюсь я, — почему в Рос­сии все поголовно пили во второй половине XIX века?» Скорее всего, потому, что XIX век для России — это время поклонения сознанию, а значит, время страстей и агрессивности. Алкоголь глушит сознание и дает ощущение умиротворенно­сти. Чем агрессивнее человек к себе или к другим, чем слабее он переносит стресс, тем больше он нуждается в алкоголе или наркотиках.

В 1887 году по инициативе Льва Толстого было создано первое общество трезвости в России. Лев Толстой так описывал празднование Рождества в те годы: «Разговевшись, идут по дворам пить. И начинается пьянство, и распутство на всю неде­лю. Именинник Христос, а празднуют дьявола — его радуют».

Кстати, любопытное наблюдение. Когда я по­нял, что душа лежит в основе всего и в первую очередь нужно заботиться о ней, сразу же созна­ние стало спокойнее и желание выпить, которое раньше появлялось, как-то незаметно практически сошло на нет. Есть известное выражение древних римлян: «Истина — в вине». Понятно, что оно означает. Когда глушится сознание, душа может активнее открываться, поэтому человек становит­ся искренним. Он становится ближе к истине, по­тому что душа ближе к любви, чем сознание. Но если душа радуется и активно живет, а сознание не пытается подмять ее под себя, тогда и алкоголь не нужен. Да, можно выпить, стать более искрен­ним и поговорить, что называется, по душам. Но алкоголь вместе с сознанием глушит и высокие чувства.

Раньше я думал, что вино дает наслаждение, что оно — источник удовольствия. А потом понял, что удовольствие — во мне. Вино, как допинг, ак­тивизирует его, заставляя меня быть счастливым. То есть если человек не может радоваться добро­вольно, вино помогает ему радоваться принудите­льно. А любой принудительный процесс — это на­силие. У кого душа радуется, тому алкоголь уже не нужен.

Отключившись от всех мыслей, я продолжаю трапезу, стараясь не торопиться.

Надо будет еще раз зайти в собор великого ар­хитектора. Интересно, как он выглядит изнутри? Так же, как другие костелы? Вообще-то, если сле­довать логике, внутри тоже должна торжествовать идея распада.

Я слегка морщусь. Блюдо из морепродуктов оказалось не очень-то вкусным. А пиво — как все­гда, отвратительно. «Это знак», — думаю я. Надо было заказать рис и макароны. Чем проще пища, тем она вкуснее и полезнее. «Получил минус — ищи плюс, — улыбаюсь я. — Диалектика, одна­ко». Но в общем плане все оказывается более или менее съедобным. Если бы я был очень голодным, эта еда показалась бы мне восхитительной.

Я расплачиваюсь и снова отправляюсь бродить по улицам Барселоны. Надо погулять, расслабить­ся, посидеть на лавочке в каком-нибудь парке.

С.Н. Лазарев «Человек будущего. Воспитание родителей», часть 4

Подробнее о книге