Святые и звери. Истории о любви и дружбе

Рамана Махарши жил в южной Индии на горе Арианахал. Он был не очень образованным. В семнадцать лет он ушёл в горы в поисках Истины и медитировал там несколько лет, постоянно задавая себе вопрос: «Кто я?». Когда он познал Истину, люди потянулись к нему отовсюду. Он был очень немногословным, тихим человеком. Люди приходили к нему для того, чтобы вкусить его тишины, просто посидеть в его присутствии.

Все приходившие наблюдали одно поистине чудесное явление: всякий раз, когда он выходил на веранду в ожидании людей, кроме них к нему приходила и корова. Она всегда приходила без малейшего опоздания, точно вовремя и присутствовала до тех пор, пока все не расходились. А когда Рамана Махарши возвращался в свою комнату, корова часто подходила к его окну и заглядывала внутрь, чтобы попрощаться. Рамана Махарши гладил её морду, хлопал её по шее и говорил:

— Ну всё уже! Иди.

И она уходила.

Это случалось каждый день, без перерывов, четыре года подряд. Люди очень этому удивлялись: «Что это за корова такая?»

И вот однажды она не пришла. Рамана сказал:

— Она, наверное, попала в беду. Я должен пойти поискать её.

На улице было холодно: сильные порывы ветра с дождём. Люди пытались удерживать его, но он пошёл и, действительно, нашёл корову недалеко от своего дома. Поскольку корова была старая, она поскользнулась и упала в канаву.

Рамана Махарши спустился к ней и сел рядом. На глазах у коровы появились слёзы. Она положила голову на колени Рамане, он гладил её морду… Он просидел так, пока она не умерла. В память о ней индусы построили храм на этом месте со статуей священной коровы внутри.

 *****

Почитаемый в России Серафим Саровский, тоже долго жил в уединении, местом которого избрал приволжские леса.

Полянку и свою келью на ней он называл «пустынькой», в память об отшельниках, живших в пустыне. Чудотворец Серафим дарил свою любовь каждому живому существу, будь то человек или животное. «Радость моя», — так обращался он ко всякому, кто приходил к нему.

Часто в лесную «пустыньку» святого наведывался медведь. Отец Серафим обращался с ним как с кроткой овечкой, и кормил из своих рук хлебом, а гордый хозяин леса принимал угощение, подставляя огромную голову для ласки и, довольный, ложился у ног старца, как верный пес.

«Вот послал мне Господь зверя в утешение!», — говорил святой Серафим, поглаживая медведя по лохматой шкуре.

Однажды это увидела одна из монахинь, пришедшая к старцу за советом и была поражена чудом. А он сказал ей: «Помнишь, матушка, у преподобного Герасима на Иордане лев служил, а убогому Серафиму (как он смиренно себя называл) медведь служит».

*****
Святой старец Паисий Афонский тоже очень любил животных. Однажды он повстречался с медведем, с которым они состязались в смирении, уступая друг другу тропинку, пока медведь аккуратно не подтолкнул старца, показывая, что тот всё же должен идти первым.

Старец не выказывал страха перед змеями, любил птиц и лягушек, но был у него и особенный друг, также получивший собственное имя. Им стала маленькая птичка зарянка, которая часто прилетала к келии святого, когда он молился.

Однажды он так обрадовался своей гостье, что стал звать её к себе, но птичка всё никак не подлетала. Тогда старец понял, что животные тоже любят, когда их называют по имени, и нарёк зарянку Олетом.

«Ну, Олет, иди сюда!», -позвал старец. Для отца Паисия это слов не было необычным. Он знал его по Синаю. На языке бедуинов «олет» значит «ребенок». Оно всегда напоминало святому слова Спасителя: «Оставьте детей приходить ко Мне…» и «Если не станете как дети…».

Только он назвал её по имени, как птичка подлетела и села рядом, так, что он смог гладить её по голове. Тогда преподобный Паисий сказал: «Похоже, тебе твое имя понравилось. Мне тоже. Так тебя и буду звать!»