Поклонение вожделению

Поклонение вожделению затронуло сейчас весь мир. Помню, как лет пять назад после семинара в За­порожье ко мне подошел молодой парень.

—  Я инок, — представился он. — Хочу спросить вас — принимать ли мне монашество, или лучше не надо?

Я пожал плечами:

—  Это только вам решать. А почему сомневае­тесь?

Он замялся.

—  Видите ли, мне не очень нравится атмосфера в нашей обители. В принципе, у нас все монахи делят­ся на три категории. Треть — это настоящие, молель­щики, 30% — те, кто сидят постоянно в Интернете, компьютерщики. И еще одна треть — это голубые. Нам еще повезло, у нас настоятель монастыря — пас­сивный. А в некоторых местах монахи жалуются, что настоятель им проходу не дает.

Мне тогда сложно было поверить в то, что говорит молодой инок. А недавно в Интернете я смотрел ин­тервью с одним священником. Он говорил о сексу­альных скандалах в католической церкви. О том, что среди священников разврата гораздо больше, чем в обычной мирской среде.

Почему эта тяжкая болезнь поразила религиозные организации? Скорее всего, эти люди полагают, что идут к Богу, а на самом деле, подсознательно молят­ся вожделению.

Недавно в «Новостях» промелькнуло любопытное сообщение о том, что Православная Церковь разра­ботала свод вечных российских ценностей. Предва­рительно была дискуссия с политическими партиями и представителями общественности. По сути дела, обозначены главные маяки для любого россиянина.

На первом месте в своде вечных ценностей оказа­лась справедливость. Второе место заняла свобода, третье — солидарность, четвертое — соборность. На пятую строчку Синодальный отдел поместил само­ограничение, а на шестую — патриотизм. Предпо­следнюю строчку заняла любовь, и последнюю — верность.

Этот документ любопытен тем, что религия в нем начисто отсутствует. Его явно составляли политики.

Октябрьская революция ставила целью восстанов­ление справедливости. Под лозунгом справедливости на гражданской войне брат убивал брата. Под лозун­гом справедливости был истреблен весь цвет нации, разрушены такие принципы, как «не укради», «не убий» и «не грабь». У каждого человека — свои по­нятия о справедливости, и когда она возводится в аб­солют, это всегда приводит к крови, насилию и убий­ствам. Под лозунгом свободы миллионы людей были заключены в лагеря. Свобода для человека, пренеб­регающего заповедями, — это свобода грабить и уби­вать, свобода совершать любой грех.

Лозунг, призывающий к свободе и справедливо­сти, привел к горам трупов во времена Французской революции. Именно этот лозунг разрушил в России уважение к частной собственности и к соблюдению нравственных религиозных законов. Без любви по­нятия справедливости и свободы превращаются в то­пор палача.

Примечательно, что понятие «нравственность» не было включено в список вечных ценностей. Как, впрочем, и понятие «любовь к Богу». Такая цен­ность, как любовь, оказалась на седьмом месте. По­нятно, что в сочетании с таким словом, как «вер­ность», она означает любовь к другому человеку. Но ведь тезис «Возлюби ближнего своего... » превраща­ется в призыв к языческому поклонению, если утра­чена любовь к Богу как высшая ценность.

Грустно смотреть на список вечных ценностей, предлагаемых Церковью. Неужели русский народ, с точки зрения православного руководства, так плачев­но выглядит, что главной ценностью для него являет­ся «справедливость» — понятие, которое всегда под­талкивало к грабежу, воровству и убийствам?

Я размышлял об этом, сидя за компьютером и ме­ханически просматривая присланные мне письма. Взгляд остановился на сообщении, озаглавленном: «Русские и японские пословицы». Лингвисты под­считали, с какой частотой в народных пословицах — русских и японских — упоминаются те или иные слова, и результат этих исследований представили наглядно. На картинке начертаны слова, наиболее часто употребляемые в пословицах, причем слова эти — разного размера и размер слова пропорциона­лен частоте его упоминания.

Итак, японские пословицы: самое крупное сло­во — «человек», а потом, в несколько раз меньше, такие слова: «пройдет», «сквозь», «счастье», «ска­ла», «сердце», «беда», «опасно» и т. д. Самое частое слово в русских пословицах — «Бог». Далее: «мно­го», «один», «хлеб», «дело», «люди», «деньги», «доб­ро», «дом», «вода» и т. д.

Я невольно улыбнулся. Все-таки Россия выживет, несмотря на то, что религия превратилась в политику и экономику. В подсознании русского человека Бог — на первом месте. А значит, и любовь к Нему занимает первое место. Это означает, что главные наши ориентиры не сумела исказить ни светская, ни духовная власть. «Мы есть то, к чему мы стремим­ся», — подумалось мне. Главное — не то, какую ре­лигию ты исповедуешь, а та цель, к которой ты дви­жешься.

Наверное, из тех, кто считают себя верующими, реально таковыми являются немногие. Все остальные верят в свое благополучие, здоровье, наслаждение и справедливость, что и пытаются добыть через мо­литву.

С.Н. Лазарев «Опыт выживания», часть 3

Подробнее о книге