Нынешнее международное право — это право сильного

В небольшом парке, расположенном неподале­ку от собора, очень живописно. Деревья покрыты красивыми нежно-фиолетовыми цветами — ка­кое-то неземное зрелище. В России я таких не видел.

Я усаживаюсь на лавочке и стараюсь удержать ощущение счастья. Около двух десятилетий назад распался советский Франкенштейн. Модель спасе­ния человечества оказалась неудачной, потому что в ней не было места любви и милосердию. Соеди­нить индивидуальное и коллективное мышление, рынок и плановую экономику можно только на уровне души, единобожия. Без любви, веры и нравственности диалектическое сосуществование невозможно. Социализм был обречен на крайно­сти. Отсюда и жестокость, и закономерная гибель.

Сейчас все говорят о китайской модели. Китай­цы вытесняют всех не только в науке и технике. Недавно я прочитал любопытную статью русского эмигранта, живущего в Америке. «Если смотреть на встречные лица в нашем парке или супермарке­те, — пишет он, — то увидишь то же самое, что и в школе. Из 25 учеников обычно около 20 белых, 2—3 черных и 1—2 китайца». А вот когда школьни­ки, которые учатся играть на скрипке, давали кон­церт, он увидел совершенно иную картину. Из десяти первых скрипок китайцев было 9, из деся­ти вторых — еще 5. Затем выступал квартет, все четверо — китайцы. В прошлом году одна из школьных команд заняла первое место на научной олимпиаде. По этому поводу в местной газете опубликовали фотографию всей команды — из 15 человек 9 были китайцами. Был там еще один индус и двое русских евреев, остальные — мест­ные. «Недавно я открыл нашу газету, — пишет автор статьи, — и прочитал про школьников— победителей конкурса пианистов, которые едут играть в Карнеги-холл. От нашей области таких трое. Китайцев среди них — тоже трое».

Некоторое время назад, когда в России на сце­не выступал ансамбль скрипачей, состоящий из 20 человек, смело можно было предположить, что 15 из них — еврейского происхождения. И это ни­кого не удивляло: талантливый народ, избыток высокой духовной энергии. А в Америке скоро в еврейском ансамбле скрипачей будет две трети ки­тайцев. Это означает только одно: у них большие способности, а значит, высокая духовная энерге­тика.

Чем же объясняется такая невероятная талант­ливость китайского народа? Сейчас невооружен­ным глазом видно, что китайцы понемногу начи­нают лидировать во всех областях. Можно эле­ментарно просчитать причины этого феномена, если понимать, что такое человек. Китайцы — но­сители восточного мышления. Иероглиф — это образ, то есть информационная структура, где все элементы работают как единое целое. В Китае все­гда было очень развито коллективное мышление. Китайцев всегда сравнивали с муравьями, отлича­ющимися исключительным коллективизмом и тру­долюбием.

В XX веке идеологию единства стала разъедать западная культура. Для Китая, просуществовав­шего более 3000 лет в режиме коллективного сознания, новые тенденции были гибельными. Поэтому, несмотря на всю ущербность социализ­ма, китайский народ принял эти идеи. Социали­стические идеи с их ограниченностью, узостью, половинчатостью обошлись Китаю, кажется, в 200 миллионов жизней. Но в то же время спасли от разнузданного индивидуализма, поклонения деньгам и телу.

То, что называется китайской моделью социа­лизма, было на самом деле медленным, поэтапным переходом от коллективного мышления к индиви­дуальному. Я слышал, что китайская молодежь поклоняется сейчас западной культуре, особенно американской. Так же как и японская молодежь. Это говорит о многом. Но пока этот переход — длится. И пока коллективное и индивидуальное мышление взаимодействуют и переходят друг в друга. Жесткая плановая экономика гибко взаимо­действует с рынком и частными производителями. Есть две противоположности, два полюса, два раз­личных способа мышления — и это рождает энер­гию. Это энергия, которой обычно живет душа че­ловека, она близка к любви. И поскольку это энергия души, то наблюдается резкий взрыв твор­ческих способностей у китайской молодежи.

Переход от коллективного мышления к индиви­дуальному, естественно, долго длиться не будет. Китайское правительство интуитивно пытается за­тормозить этот процесс, заботясь о душе. Недавно в Китае запретили порнографию даже в Интерне­те. Страна пытается выработать какие-то нрав­ственные нормы для сохранения творческой энер­гии народа. Но у страны нет веры, нет ясной концепции и понятных целей, к которым надо стремиться. А где нет религии, там нравственность неизбежно будет ослабевать. В настоящее время в Китае нет религиозной или научной концепции, спасающей и защищающей душу. Процесс этого перехода — от коллективного мышления к инди­видуальному — может занять 10—15 лет. Если компартия осознает опасность, которая грозит Ки­таю, переход может затянуться.

Но пока общая политика Китая по отношению к другим странам весьма безнравственна. Государ­ство преспокойно ворует чертежи машин, самоле­тов, любых технических изобретений и выпускает их под своими марками. А все страны помалкива­ют. Сейчас в международных отношениях нрав­ственность и справедливость уступили место силе. Нынешнее международное право — это право сильного. Его закрепила языческая Америка. Она же подтолкнула к этому Китай.

Вывод простой: два противоположных спосо­ба мышления Китай скорее всего удержать не сможет. Сценарий его дальнейшего развития бу­дет, вероятно, таким: бунт индивидуализма и эго­изма, появление кланов, раздирающих страну на части, разрушение планового стратегического хо­зяйства.

Пожалуй, только одна страна в мире может со­знательно удержать две противоположности, спа­сая при этом свою душу и укрепляя веру и нрав­ственность. Эта страна — Россия. Сейчас она пока еще не в лучшем положении. Крайности в России обострены настолько и все происходит так быстро, что ей остается только одно: в ближайшее время выйти на новый уровень. Трудно предста­вить себе страну, которой была бы под силу эта задача. Само срединное положение России, со­четание восточного и западного мышления, их взаимодействие на протяжении последних столе­тий, судя по всему, создало ту почву, на которой наука будет уживаться с религией, Восток — с За­падом, коллективное — с индивидуальным.

Лазарев С.Н. «Человек будущего. Воспитание родителей», часть 4

Подробнее о книге