Как формируется личность преступника?

Дочь, 17лет. Ворует большие суммы денег из дома. Всевозможные меры не помогают (даже не раскаивается). Помогите!

- Ученые всего мира давно бьются над серьез­ной проблемой, но пока безрезультатно. Как фор­мируется личность преступника? Где та грань, после которой нормальные желания становятся патологическими? Попытка все свести к наслед­ственным факторам и к влиянию среды, особого успеха не имела. В совершенно нормальной семье может родиться преступник и наоборот. Сейчас в семнадцатилетней девушке идет формирование па­тологической наклонности. С чем это может быть связано?

Несколько лет назад, продиагностировав ее, я рассказал бы родителям следующее: у вашей до­чери огромная подсознательная агрессия к людям в плане денег и благополучной судьбы. Зависи­мость от этого настолько мощная, что принять по­терю денег или неудачу по судьбе девочка совер­шенно не может. Ее душа настолько зависит от этих понятий, что держать, ограничивать себя в этом плане она физически не может. Поэтому она пойдет на все, чтобы добыть деньги и добиться благополучия. И чем дальше будет развиваться эта тенденция, тем на большие преступления она будет готова пойти. В значительной степени эта зависимость пришла через родителей.

До зачатия, во время беременности дочерью у родителей могли произойти следующие события: кто-то занял денег и не отдал. Или вложили куда-то крупную сумму денег и потеряли. Или было туго с деньгами, и супруги постоянно ссори­лись между собой. Или ожидали получения круп­ной суммы, а мечты пошли крахом. Или муж по­терял, пропил, отдал и т. д. и т. п. И если во всех этих моментах любовь и Божественная логика не были сохранены, а сознание давало волны ненави­сти, осуждения, обиды и уныния, то ребенок еще до зачатия уже был обречен на проблемы.

Я часто наблюдал во время приема: мать в мо­лодости не хотела жить, когда были неприятности по судьбе, а сын в настоящее время сидит в тюрь­ме. Она не могла принять унижение судьбы и со­хранить любовь к Богу. И ее уныние и нежелание жить дали ребенку огромную зависимость от того, что мы называем благополучной судьбой. И он уже внутренне готов убить любого, кто покусится на его благополучие. Желание убивать себя он пе­реводит на желание убивать других. И он обре­чен. У него не должно быть благополучной судь­бы, и тюрьма является спасением его жизни. И глядя на него, все ахают и охают. «Мать — доб­рый и порядочный человек, и за что только ее Бог наказывает? И жизнь у нее не сложилась, и сын законченный преступник».

И каждый раз, когда мы отказываемся от люб­ви в пользу ненависти, обиды или уныния, мы формируем в своей душе преступника, который потом в нас или в наших потомках будет готов пойти на любое преступление ради денег или лю­бого благополучия.

Я бы посоветовал родителям прожить заново свою жизнь. И многократно пройти любые уни­жения судьбы и потери денег, закрыть человече­скую логику, логику справедливости, мести, осуж­дения.

Любовь и абсолютное принятие любой ситуа­ции в момент боли, будь то боль тела, духа или души, сохранит устремление к Богу и к любви.

Любая боль — это расставание с человеческим.

А для того, чтобы шагнуть на вторую ступень, мы должны расстаться с первой.

Без боли нет развития. Но если наша концент­рация на любви Божественной недостаточна, боль расставания мы можем не выдержать, и тогда нач­нем скатываться к страхам, унынию, обидам и не­нависти.

Тот, кто не хочет и не может принимать муче­ние души, должен принять мучение тела.

Насколько родители устремляются к Богу в мо­мент страдания души, настолько их детям не по­надобятся страдания тела.

Емкость души намного больше емкости тела. И душевные страдания очищают гораздо масштаб­нее, чем физические.

Итак, родители проходят заново всю жизнь, снимая через покаяние агрессию к любви и прини­мая боль потерь как спасение и развитие. Затем они молятся, обращаясь к Богу, и просят, чтобы их ребенок мог сохранить любовь, принять Бо­жественную волю в моменты краха благополучия, во время смерти, болезни и унижений. Если роди­тели сумеют создать в своей душе рефлекс сохра­нения любви, они спасут своего ребенка.

Так вот, раньше я бы ограничился таким объяс­нением, и оно бы помогло. Сейчас я понимаю, что нужно идти дальше. Для этого нужно ответить на вопрос: почему родители не смогли принять поте­ри денег? Почему уровень гордыни у ребенка в 15 раз превышает смертельный, тем самым обре­кая его на болезни, развал судьбы или смерть. И тогда от внешней зависимости, которая выража­ется в благополучии в деньгах, мы выходим к за­висимости внутренней: от ценностей тела перехо­дим к ценностям духа и души.

Я как-то просчитывал: скажем, яхта, особняки, дачи, машины, крупное состояние — это в подсо­знании воспринимается как степень комфорта и наслаждения, скажем, в тридцать единиц.

А обычная человеческая влюбленность — свы­ше двухсот единиц.

Чувственное счастье лежит в основе счастья ма­териального.

И если мы не можем сохранить любовь при по­тере чувственного счастья, если на боль и обиду, исходящую от любимого человека, мы реагируем не прощением, а агрессией, то со временем зависи­мость от основных желаний, глубинно связанных с человеческой любовью, жизнью и ее продолже­нием, переходит в растущую зависимость от мате­риального благополучия.

Зависимость от желаний коренных дает зависи­мость от желаний поверхностных. Я помню, как я удивился, увидев на тонком плане, что зависть, ревность и жадность — это одно и то же. Потом я увидел, как одно перетекает в другое. Сначала че­ловек утрачивает видение человеческой воли и ощущение видения Божественной любви, и сразу же меняется его отношение к жизни.

И если раньше рядом был богатый, человек рассуждал так: это дано ему Богом, завидовать и мечтать отнять у него это нельзя. Лучше попы­таться самому достичь того же. А для этого нужно еще сильнее устремиться к Богу.

Энергия шла не на разрушение, а на созидание. Как только утрачивалась Божественная логика и оставалась поверхностная человеческая, тут же возникала зависть. Он имеет, а я нет — это не­справедливо. Если любимая женщина уходила к другому, возникали ненависть и ревность. Завист­ливый человек всегда рано или поздно станет рев­нивым. Раньше этот процесс проходил медленно: дед был завистливым, отец — ревнивым, сын — жадным.

Сейчас зависть гораздо быстрее деформирует человеческую душу.

Я вспомнил одну из десяти заповедей Ветхого Завета:

«Не возжелай жены ближнего, его скота, иму­щества... »

Одна фраза, а без нее современная цивилиза­ция была бы невозможна. Суть первородного гре­ха Адама и Евы — обожествление желаний. Они связаны с жизнью и ее продолжением. Умение тормозить, не становиться рабом своих желаний создавало фундамент будущей цивилизации. Нужно было сдержать сексуальное влечение, то есть стремление к продолжению жизни. Нужно было сдержать имущественные устремления, то есть стремление к защите и укреплению жизни. Преодолевая ревность и гордыню, мы человече­ское превращаем в Божественное.

Поэтому родителям проблемной девочки я по­советовал бы не останавливаться на первом эта­пе: чем большее счастье мы имеем, тем больнее его потеря. В масштабе человеческих ценностей высшим счастьем является человеческая любовь. И без непрерывного устремления к Богу чем масштабнее человеческая любовь, тем быстрее она превращается в порабощающую страсть. Чем больше мы зависим от наших высших желаний, тем меньше шансов у нас пройти боль расстава­ния с ними. И тем больше агрессивности и отре­чения от любви мы будем выдавать при крахе наших чувств и желаний.

Сейчас на приеме я объясняю пациентам: самая сильная вспышка чувств происходит в период по­лового созревания, первой любви, подготовки к браку и замужеству. Унижение наших желаний, то есть очищение нашей любви к Богу в эти перио­ды может происходить по-разному: и немотивиро­ванная обида от родителей, и предательства дру­зей, и неожиданные потери, и болезни. Перетряс­ку материального и духовного уровня без подготовки принять сложно. Но когда начинаешь все понимать, эта работа над собой дается доста­точно легко.

А вот с чувственным уровнем сложнее. Тут, даже если все понимаешь, с первого раза обычно ничего не получается. Тут нужны многократные и постепенные усилия.

Не ждите результата сразу; если вы пошли к Богу и начали меняться, он будет всегда. Но не так, как вы наметили: там, наверху, свои законы и свои правила.

Но когда рефлекс сохранения любви будет включаться у вас не только в момент боли физи­ческой, но и душевной, значит, первый шаг на пути преодоления чувственного счастья вы сде­лали.

Сначала состояние нашей души превращается в физическое состояние и судьбу наших детей. Про­ходит время, и ситуация разворачивается в обрат­ную сторону: наше физическое здоровье и благо­получие зависят от того, насколько гармоничен дух у наших потомков.

Большинство моих пациентов — раковые боль­ные, которым я объясняю: вам нужно сначала сформировать рефлекс сохранения любви в своей душе, затем пройти несколько реальных ситуа­ций, чтобы подтвердить реальность вашего устрем­ления. После этого вы можете менять ваших де­тей. Через молитву передавать им рефлекс сохра­нения любви. Ваша раковая опухоль — это исковерканная душа вашего ребенка. Очистите его душу через себя. Дайте его душе правильное направление, и тогда вам можно быть здоровым. Я опять повторяю то, что написал в первой книге.

Самое большое преступление — это отречение от Божественной любви. Оно тянет за собой це­почку остальных нарушений.

Человек, не заботящийся о своей душе, не мо­жет иметь нормальный дух и нормальное тело.

Душа очищается Божественной любовью и че­ловеческой болью. И насколько в момент боли мы устремляемся к Богу и думаем о Нем, настолько мы спасаем не только нашу душу, но и души на­ших потомков и тех, кто нас окружает.

С.Н. Лазарев «Диагностика кармы», книга 8

Подробнее о книге