Внутренний враг

То, что человек думает о себе, определяет или скорее дает представление о том, какой будет его судьба.

Генри Дэвид Торо

********************

Я болен, и сам себе поставил диагноз. Моя болезнь называется ненавистью к самому себе.

Это змея, которая отравляет ядом мой мозг с подростковых лет. Ее яд парализует меня, и я теряю уверенность в себе.

Никто не вредит мне больше, чем я сам, когда я убеждаю себя, что не достоин любви.

Как и когда я начал себя ненавидеть?

Пожалуй, после того, как мне исполнилось пятнадцать лет.

Наш семейный терапевт направил меня к эндокринологу.

До этого я часто жаловался родителям, что мои сверстники росли и мужали, а я за год не вырос ни на сантиметр.

Мне сделали кучу анализов и тестов, включая рентген черепа для определения биологического возраста.

На снимке обнаружилась серая точка, в которой позже признали опухоль гипофизарного хода – незлокачественное образование в мозге около гипофиза.

Если такую опухоль не лечить, то со временем она приводит к головным болям, гормональному дисбалансу и проблемам со зрением.

В 1984 году хирурги университетской больницы Апстейт в городе Сиракузы вырезали мне опухоль.

Операция прошла успешно, но у меня появился пангипопитуитаризм — недостаток гормонов, которые производит гипофизарная железа.

Пубертат временно откладывался. Я застрял в подростковом возрасте и физически не менялся.

На первом курсе колледжа Св. Джона Рыбака я выглядел как четырнадцатилетний мальчик.

Некоторые думали, что я вундеркинд, который окончил школу досрочно.

Мне приходилось объяснять, что у меня самый обычный IQ, просто из-за болезни я выгляжу моложе своих лет. Никто из девушек в колледже не рассматривал меня как кандидата в бойфренды. Меня воспринимали этаким плюшевым мишкой — милым, мягким, безобидным и совсем не сексуальным, скорее наоборот.

Тогда я возненавидел себя еще больше, чем раньше. Без тестостерона и гормона роста мое тело было мягким и бесформенным.

Я ненавидел свое пухлое лицо с застенчивым пушком на верхней губе. У меня были женские черты и высокий голос.

Иногда меня принимали за девочку. Однажды я заказывал себе напиток в баре рядом с общежитием колледжа.

За стойкой потягивали пиво два усатых мачо в джинсах и куртках фирмы Carhartt. Один из парней взглянул на меня и, повернувшись к своему приятелю, спросил: «Это парень или девушка?» Второй украдкой меня осмотрел с ног до головы и шепотом ответил: «Не знаю». Я стрелой вылетел из бара и, размазывая слезы по лицу, пошел домой в общагу.

Я начал стыдиться самого себя и не мог сдержать отвращения при виде своего отражения в зеркале. Но моя внешность от этого не менялась. Эндокринолог прописал мне гормон роста и уколы тестостерона. Со временем я немного подрос и мое лицо стало выглядеть чуть более взрослым.

Я окончил колледж, получил диплом магистра и начал работать в журналистике. В душе я все еще ненавидел себя, но держал ситуацию под контролем.

Потом у меня начались проблемы со здоровьем. Один из серьезных «срывов» произошел в 2004 году, когда я жил в Финиксе.

Однажды в субботу у меня началась рвота. Я зашел в ванную, чтобы принять душ, но упал и с трудом смог подняться. Тогда я позвонил на работу, сказал, что заболел, а сосед по квартире, которую мы вместе снимали, отвез меня в больницу. У меня взяли анализ крови, который показал, что у меня в крови опасно низкое содержание натрия.

Утыканный иголками капельниц, я пролежал в больнице неделю. В один ясный и солнечный день меня выписали. Медбрат-волонтер по имени Вуди – человек со светлыми волосами, светлыми усами и мускулистыми руками — выкатил меня на тротуар перед больницей в инвалидной коляске.

Солнце стояло высоко, а со стороны пустыни дул ветер, насыщенный легкими ароматами шалфея и диких цветов. В ожидании, пока сосед подъедет и заберет меня, я разговорился с Вуди. Он произвел на меня приятное впечатление своим позитивным настроем и готовностью помогать людям.

Сам я был очень доволен, что опять здоров. Я был жив! Я мог ходить, у меня не было серьезного заболевания, мне не предстояла операция или сложное лечение.

В тот день я решил перестать себя ненавидеть и отбросить негативные мысли. Бесполезно тратить на них свое драгоценное время. Я спросил самого себя: «Что хорошего дала мне ненависть к себе? Чем она помогла мне в жизни?»

Это чувство только отравляло мое существование, но не дало мне ничего ценного. Я потерял массу энергии и времени, которые я уже никогда не смогу восполнить.

Мои родители умерли от рака легких: отец в 2007 году, а мать — в 2011-м. Я видел, как из них уходила жизнь, и понял, что наши тела имеют срок годности. Они выполняют свои функции, но потом ломаются, и починить их уже нельзя.

Так стоило ли мне убиваться по поводу своей внешности? Я не мог изменить свое лицо и голос. Я — это я, и пора мне перестать мечтать стать кем-то другим.

В 2011 году пангипопитуитаризм вернулся с новой силой. Опухоль надавила на оптический нерв, от чего у меня появились головные боли, начал плохо закрываться правый глаз и в нем все двоилось. Хирурги сделали операцию и вернули мне нормальное зрение.

Не буду утверждать, что я окончательно избавился от ненависти к самому себе, однако сейчас во мне больше благодарности за то, что я жив. Ненависть и благодарность не могут существовать вместе.

Плохие мысли остались в подсознании. Я могу в любой момент получить доступ и открыть эти «файлы».

Чтобы избавиться от негатива, я часто повторяю про себя слова героя мультфильмов Попая: «Я — тот, кто я есть, вот и все».

С 2004 года я немного изменил эту фразу и теперь говорю: «Я — тот, кто я есть, и я не ненавижу этого человека» или «Я — тот, кто я есть, и должен любить этого человека».

Френсис ДиКлементе

Рассказать историю