Как врач Зинаида Ермольева спасла миллионы жизней

Война — это всегда война. Однако не было в годы Великой Отечественной той угрозы, что не отступила бы перед стойкостью, мужеством и любовью к Родине советских людей.

Массовые эпидемии испокон веков были неизменными спутницами практически всех крупных военных конфликтов. Зачастую болезни, сопровождавшие войны, собирали более обильную жатву смертей, чем собственно боевые действия, по крайней мере, среди мирного населения.

Во время Первой мировой однозначно было именно так: разразившаяся в 1918 году пандемия «испанки» убила людей больше, чем все пули, снаряды и мины, вместе взятые.

Тем не менее, Великая Отечественная война при всем своем колоссальном размахе и громадных разрушениях, принесенных ею на нашу землю, не была отмечена вспышками действительно массовых, повальных хворей как на фронте, так и в тылу Красной армии.

Естественно, никаким везением или чем-то подобным это не было и быть не могло. За низкими показателями заболеваемости советских солдат и тружеников тыла стоял колоссальный труд медиков — военных и гражданских, а также четкая и безупречная организация их деятельности на общегосударственном уровне.

Едва оправившись от первых, самых страшных месяцев войны, отстояв Москву, за проблему предотвращения эпидемий взялись самым серьезным образом. Уже 2 февраля 1942 года в силу вступило специальное постановление Народного комиссариата здравоохранения «О мероприятиях по предупреждению эпидемических заболеваний в стране и Красной Армии».

В этом документе ставились конкретные задачи по обеспечению здоровья как красноармейцев, так и тех, кто остался в тылу. По всей стране распределялись необходимые контингенты врачей-эпидемиологов, бактериологов, санитарных врачей. Кому, куда и в каких количествах отбывать, решали исходя из того, насколько в том или ином регионе осложнилась эпидемическая ситуация.

Первым делом была проведена повальная вакцинация (или, как тогда писали, иммунизация) населения против главных спутников военного лихолетья — острых кишечных инфекций. Начали с представлявших особую опасность их распространения крупных населенных пунктов, а далее уже дошли до каждого.

Огромное внимание уделялось обеспечению своевременной диагностики и немедленной госпитализации тех больных, чья хворь могла оказаться особо заразной, дать вспышку эпидемии. Для выполнения этой нелегкой в военное время задачи при каждом районном здравотделе и эпидотделе были созданы подвижные эпидемиологические отряды.

Их задачей было не только выявление больных, но и самое тщательное проведение должной, а, главное, быстрой санитарной обработки оказавшихся в потенциальном очаге заражения людей, их одежды и имущества. При этом, несмотря на то, что страна денно и нощно работала в режиме «Все для фронта, все для победы!», всем необходимым оборудованием, реактивами, и, уж конечно, защитными средствами медики-бойцы этих летучих отрядов обеспечивались в самой полной мере.

Пожалуй, неправильно было бы в данном рассказе не упомянуть хотя бы одно имя из сотен тысяч врачей-подвижников, чьими усилиями были достигнуты столь блестящие результаты, не привести конкретный пример их героической работы.

 В качестве такового вполне может служить подвиг профессора Зинаиды Ермольевой, спасшей от неминуемой, казалось бы, вспышки холеры защитников и жителей героического Сталинграда.

К осени 1941 года в город прибыло более 200 эшелонов с эвакуированными, более 70 эшелонов с детьми из Ленинграда и других регионов.

И без того немалое население города возросло вдвое в сравнении с довоенным периодом. Госпитали, воинские части, учреждения и просто обычные жители — в городе на Волге скопилось около 800 тысяч человек.

Ермольева заразила себя холерой, а потом хладнокровно вела записи и ставила над собой опыты. Болезнь была побеждена, и это было научное открытие. В то время ей было только 24 года.