Как медик из подмосковья помогает в зоне СВО

Фельдшер подмосковной больницы Анна Боронахина — мать шестерых детей. А еще в свободное от работы и забот о семье время Анна ездит в ЛНР помогать пострадавшим там мирным людям — лечит, реабилитирует раненых.

— В марте прошлого года я потеряла связь со свекром и деверем: в городе Рубежное, где они живут, начались бои, связь пропала. Я бросалась ко всем знакомым, кто хоть как-то мог помочь. Оказалось, не я одна такая — многие потеряли связь с близкими. Искали через тех, кто возил гуманитарную помощь. Люди, которые прятались от обстрелов в подвалах, составляли списки и передавали их с волонтерами или военными корреспондентами, а те добирались до места, где есть связь, и публиковали списки в специальных чатах. Мы каждый день следили за ними.

Однажды я увидела в списке фамилии моих родных. Напротив стояла буква “у”, то есть “умер”. Но я не поверила и стала искать дальше. И не ошиблась — это были однофамильцы.

Мои родные нашлись позже, живые. Правда, на поиски ушло три месяца. За это время нам удалось помочь десяткам людей узнать судьбу родных — мы сообщали: «Ваш родной находится в таком-то подвале. Жив».

Впервые я поехала в ЛНР в феврале 2023-го вместе с фондом «Ясное дело», который помогает беженцам из разрушенных городов. Мы возили гуманитарную помощь в пункты временного размещения, где живут дети и взрослые, бежавшие из зоны боевых действий. У этих людей ничего нет, они остались без дома, имущества и средств к существованию.

Теперь ютятся по семь человек в одной комнатушке, с одной кухней на весь этаж, не имея возможности не только помыться, но зачастую даже просто вымыть полы, не говоря уже о какой-то полноценной гигиене.

Представляете их эмоциональное состояние? Но даже в пунктах временного размещения — там, где есть беременные женщины, — тоже рождаются дети. А это значит, несмотря ни на что жизнь продолжается. Вот только в ЛНР большая нехватка врачей.

Больницы заняты ранеными военными, ресурсов для помощи мирному населению не хватает. Медицинской помощи приходится в прямом смысле слова добиваться. В одном из пунктов временного размещения я увидела Олега. Он бухгалтер, попал под обстрел и получил серьезное ранение руки. А я после второй чеченской кампании работала в госпитале Вишневского и реабилитировала раненых. Я показала Олегу, какие упражнения нужно делать, чтобы рука начала работать, мы купили ему нужный массажер, и он начал разрабатывать руку. А потом его удалось вывезти на полноценную реабилитацию.

Там же я познакомилась еще с одним моим подопечным: он перенес инсульт и нуждался в реабилитации. Я показала ему простые упражнения с чашкой, и теперь он их усердно делает — очень хочет вернуться к полноценной жизни. А я по видеосвязи корректирую программу реабилитации. Но своих родных вывезти из Рубежного у меня не получилось: там снова пропала связь и стреляют. К тому же свекру 84 года, он просто не переживет дорогу. Но я надеюсь на лучшее.

Фонд «Ясное дело» старается поддержать людей, которые бежали из разрушенных городов: каждый месяц привозит гуманитарную помощь — продукты, лекарства, одежду и все, что нужно для выживания. Оказывает бесплатную юридическую поддержку в восстановлении и оформлении документов: ведь очень важно помочь людям не просто выжить, но и построить новую жизнь.

А многие, оставшись без документов, не могут устроиться на работу или получить положенную пенсию. Но с помощью фонда много людей смогли оформить нужные документы и начать жить самостоятельно. На мой взгляд, такой и должна быть помощь — комплексной и профессиональной.

Когда меня спрашивают, зачем я езжу с фондом в ЛНР — там же опасно! — я всегда вспоминаю историю о разрушенном доме. Есть такой город — Попасная. Сейчас он просто стерт с лица земли. Женщина-волонтер, которая там побывала, рассказала мне, что видела там полностью разрушенный дом — просто груду кирпичей, но наверху каким-то чудом сохранилась одна квартира. И все в ней, как в мирной жизни — обои на стенах, чашки на кухонном столе…

Представляете, как человек молился за свое жилье, что в полностью разрушенном городе оно осталось невредимым! Вот только какой теперь от него прок, когда вокруг ничего нет?

Так наш мир и устроен, наверное, и нужно всегда молиться не только о себе, но и о соседе. Вот я и молюсь — сразу обо всех.

Рассказать историю