Русский Архимед — Иван Кулибин

Эту фамилию знают все. Она стала нарицательной — Кулибиными называют доморощенных мастеров на все руки.

Но вот историю простого русского мужика, в честь которого сегодня "обзывают" и горе-мастеров, и настоящих изобретателей-самоучек, знают, увы, немногие.

Иван Петрович появился на свет 21 октября 1735 года в семье нижегородского зажиточного купца-старовера Петра Кулибина. С младых лет будущий изобретатель начал интересоваться различными механизмами — «как все устроено изнутри». Это было не просто увлечением, это была страсть.

Мастерством Кулибин овладел самостоятельно. Еще будучи подростком, Кулибин превратил свою комнату в небольшую мастерскую, где у него были собраны все имеющиеся к тому времени инструменты и приспособления для слесарных, токарных и прочих работ.

Спасибо отцу Кулибина, который всячески поощрял увлечение сына и привозил для талантливого отпрыска книги по физике, химии и прочим естественным наукам.

Со временем Кулибин-младший стал отлично разбираться в том, как устроен и работает тот или иной механизм или предмет обихода. Мальчишка в считаные минуты мог починить механизмы любой сложности (обычно это были часы), но и мельничные жернова, и заводские машины для Кулибина тоже не были проблемой.

Отец очень гордился сыном, ну, и самим собой, разумеется, — ведь он разделял его славу: «что за чудного сына, мастера на все руки, вы взрастили Петр», — хвалили отца знакомые. Впрочем, слава о молодом чуде-механике скоро разлетелась по всему Нижнему Новгороду. А затем вместе с купцами, разъезжавшими по России, добралась не только до медвежьих углов необъятной страны, но докатилась и до столицы.

На Кулибина обратили внимание самые высокопоставленные особы. Правда, произошло это в 1764 году, когда Ивану было уже 29 лет. Однако в этот самый момент механик-самоучка придумал, как можно разместить часовой механизм в оболочку, по форме и размеру, напоминающего яйцо.

Это были не простые часы, а очень сложный и изящный механизм — каждый час в них распахивалась дверца, в которой появлялись крошечные человечки из золота и серебра, которые разыгрывали под музыку целое представление. В общем, эта безделушка, преподнесенная Екатерине II в 1769 году, и открыла все двери перед Иваном Кулибиным.

Императрица была поражена талантом еще довольно молодого изобретателя и назначила его заведующим механической мастерской в Санкт-Петербурге. При этом прежнего управляющего-иностранца пришлось сместить, ведь он по способностям и в подметки Кулибину не годился.

Самое забавное, что Екатерина II назначила новому управляющему жалования на 2000 рублей меньше — чай не иностранец. Но для Кулибина деньги никогда не стояли на первом месте — теперь у него появился доступ к самому современному оборудованию и есть сведения, что престиж государства и служение ему у механика тоже стоял выше денег.

В первые годы своего служения Иван Петрович занимался больше «творчеством», так как под его началом трудились блистательные мастера: инструментальщик Петр Косарев и знаменитые оптики — семья Беляевых.

В общем, за первые годы они изобрели новые приборы и «всякие» машины, которые полезны в гражданской и военной архитектуре и прочем».

В число этих изобретений вошли: точные весы, морские компасы, сложные ахроматические телескопы, которые заменили более простые григорианские, а также ахроматический микроскоп.

Многие заморские гости сильно удивлялись, когда видели изобретения русского мужика. В те времена в просвещенной Европе все еще не было инструментов и приспособлений, например, для расточки и обработки внутренней поверхности цилиндров. Зато у Кулибина и компании были, собственно, отсюда и телескопы с микроскопами. Трудно представить, сколько Кулибин смог бы изобрести, если бы ему не мешали.

Помимо основной работы на него сыпались заказы от императрицы и прочих вельмож. Для грузной Екатерины II Кулибину пришлось изобретать специальный лифт, для Потемкина, который любил шумные и яркие празднества — фейерверки, способные затмить родоначальников пиротехники — китайцев.

Кулибину приходилось много времени тратить на всякие безделицы, но и на серьезные проекты он время как-то выкраивал. Например, Кулибин на протяжении 30 лет (с 1770 по 1800 года) работал над созданием однопролетного стационарного моста через Неву. Он изготовил действующий макет, на котором рассчитал усилия и напряжения в различных частях моста — и это при том, что теории мостостроения в те времена еще не существовало!

Опытным путем Кулибин сформулировал ряд законов сопромата, которые получили подтверждение значительно позже.

С 1810 Кулибин начал заниматься разработкой железных мостов. В 1814 году он представил проект трехарочного моста через Неву с подвесной проезжей частью. Интересно, что первый мост (Благовещенский) через Неву был построен лишь спустя 50 (!), хотя ничто не мешало его построить в начале века.

И еще один факт: в 1936 году был проведен экспериментальный расчет кулибинского моста современными методами. Выяснилось, что русский самоучка произвел расчеты, не сделав ни одной ошибки, хотя в его время большинство законов сопромата были неизвестны.

Отношения Кулибина с царедворцами был напряженными. Например, граф Потемкин по заветам Петра I хотел русского мужика побрить, стянуть кафтан и показывать в Европе, греясь в лучах его славы. Но Кулибин наотрез отказался от подлинного атрибута русского мужика, да и в кафтане ему было более комфортно, чем в шелках заморских. С этого момента Потемкин начал Кулибину мстить — заставлял оценивать труд изобретателя в копейки.

Но хуже всего к Кулибину относился Павел I, пришедший к власти после смерти императрицы. Он попытался вытравить из памяти современников все то, что было связано с правлением и именем его матери Екатерины II. Кулибин одним из первых почувствовал опасность и покинул Академию наук, в которой провел без малого 32 года, и отправился на родину, в Нижний Новгород.

Несмотря на близость к императорскому двору, Кулибин так и остался простым русским мужиком, и по простоте душевной многие свои изобретения дарил знакомым.

Стоит отметить, что многие чертежи Кулибина были обманными путями приобретены иностранцами, которые впоследствии присвоили многие его изобретения. Например, в 1779 Кулибин создал прожектор, однако отсутствие защиты авторского права сильно обесценили эту диковинку.

Прожектор — вещь не самая нужная в быту, а вот уменьшенная его версия пользовалась успехом и устанавливалась на кареты. Но многие мастера без зазрения совести копировали "кулибинские фонари", и надо ли говорить, что изобретатель ничего с этого не имел.