Через раны в вас проникает свет... Руми

Может, вы слыхали про обычай королей располагать воинов с левой стороны, стороны сердца и храбрости. Справа они ставят советников и различных писцов, поскольку мастерство счетоводства и письма принадлежит обычно правой руке. В центре — суфии, поскольку в медитации они становятся зеркалами. Король может посмотреть на их лица и увидеть своё первозданное состояние. Дай зеркала тем, кто красив, и пусть они влюбляются в себя, чтобы могли они полировать свои души и разжигать вспоминание в других.

Однажды Иосифа навестил близкий друг детства. Они делились секретами из тех, что дети говорят друг другу, когда лежат на подушках, прежде чем уснуть. Эти двое были абсолютно искренни друг с другом. Друг спросил:

— Что ты ощущал, когда понял, что братья твои завистливы и злоумышляют против тебя?

— Я ощущал себя львом с цепью на шее. Не униженный этой цепью, не жалующийся, но просто ожидающий, что моя сила будет признана.

— А в колодце, и затем в тюрьме? Каково там было?

— Как луна, когда она на ущербе, однако знает, что придёт и полнота. Как жемчужина, растёртая в порошок для снадобья, знающая, что станет светом в человеческих очах. Как зерно пшеницы, раскрывающееся в земле, растущее, затем пожатое, смолотое на мельнице в муку, испечённое, раскрошенное снова меж зубов, чтобы стать глубочайшим пониманьем в человеке. Потерянное в любви, как те песни, что сеятели поют в ночь после высева зерна.

Нет этому конца. Но вернёмся к тому, о чём тот славный человек с Иосифом беседовал.

— А что, мой друг, ты мне принёс? Ты знаешь, что негоже страннику являться с пустыми руками к двери такого друга, как я. Это всё равно, что отправляться на мельницу без зёрнышка пшеницы. Бог станет вопрошать при воскрешении: «Ты принёс подарок мне? Забыл? Или, может, думал, что не увидишься со мной?»

Иосиф продолжал поддразнивать.

Гость начал:

— Ты не представляешь, как я искал подарок для тебя. Но всё казалось неуместным. Не понесёшь же злато в золотую жилу, а каплю воды — морю Омана! Всё, приходившее в голову, было равносильно тому, чтобы нести зёрна тмина в город Керманшу, откуда тмин берёт происхожденье. Все зёрна уже хранятся в твоих амбарах. Ты имеешь даже мою любовь и душу, так что и их я дать не мог. Я зеркало тебе принёс. Ты на себя смотри и помни обо мне.

Он зеркало достал из-под накидки, где сберегал его.

Что есть зеркало бытия? Небытиё. Приноси всегда зерцало небытия в качестве подарка. Любой другой подарок нелеп.

Пусть бедняк вглядится в щедрость глубоко. Пусть хлеб увидит голодающего человека. Пускай трут узрит искру кресала.

Пустое зеркало и твои гибельные привычки, когда их держишь друг напротив друга, — вот когда начинаются настоящие дела. Вот где искусство и ремёсла.

Портному нужен порванный кафтан, чтобы своё практиковать искусство.

Стволы деревьев приходится рубить за разом раз, чтоб их использовать сумел краснодеревщик.

Лекарю необходима сломанная нога, чтобы её лечить. Недостатки суть способы для славы проявиться. Кто увидел, каковы его болезни, тот галопом поскачет по пути.

Нет хуже ничего, чем думать, что ты пребываешь в здравии. Более всего другого самодовольство путь преграждает мастерству.

Помести свою низость напротив зеркала и рыдай. Пусть вытечет самодовольство из тебя!

Сатана думал: «Я лучше Адама», и это «лучше» всё ещё крепко в нас сидит.

Твоя проточная вода, возможно, выглядит чистой, но есть ещё и не потревоженная муть на дне. Твой шейх может прокопать отводной канал, который выведет муть наружу.

Доверь свою рану врачеванию учителя. На рану слетаются мухи. Они покрывают её, эти мухи самооправданий твоей любви к тому, что ты почитаешь своим. Дай учителю смахнуть мух и забинтовать рану. Не отворачивай головы. Продолжай смотреть на забинтованное место. Именно там в тебя входит свет. И не верь даже и на мгновение, что ты излечиваешь себя сам.

 Суффийская притча