Быть мужчиной — это не столько физиология, сколько функция

А в фильме «Головой о стену» человек приехал с Востока. И, несмотря на внешнее убожество, в его душе еще звучит песня, которую он привез со своей родины. Начинается фильм тем, что зрители видят ансамбль, исполняющий национальные ту­рецкие песни. Оказывается, кроме власти, денег и куска хлеба, есть еще что-то более ценное. Эта живущая внутри песня помогает главному герою фильма не истребить в себе мужские качества. Она не позволяет ему заняться чисто животным сексом с женщиной, которая ему неприятна. Не только тело, но и дух и душа должны участвовать в сексуальном акте. Хотя он собирает пивные бу­тылки и живет, как нищий, сдавая их, он не мо­жет жить одной физиологией.

Возникает скрытый конфликт. Сидящий рядом в баре мужчина неожиданно начинает оскорблять его. Он почувствовал, что этот спившийся, нику­дышный парень не хочет жить одними инстинкта­ми. Тем самым он выделяет себя из среды тех, кто готов ради сиюминутного наслаждения забыть все свои принципы.

- Ты голубой, — кричит ему мужчина, — ты дерьмо!

То есть хочет показать ему его несостоятель­ность и ущербность. Но у главного героя фильма есть еще запас будущего, и он чувствует себя муж­чиной. Он агрессивно защищает свое будущее — валит обидчика на пол и начинает избивать его но­гами. Тогда его выгоняют из бара, и он садится в свой «мерседес». В Германии нищие могут ездить на «мерседесах», это одна из особенностей этой страны. Он едет на своей машине по ночной до­роге.

Чем больше мы кого-то ненавидим из-за денег, тем быстрее мы деньги потеряем, чтобы не утра­тить любовь. Чем больше мы ненавидим и ревну­ем, тем быстрее будет разрушаться семья, тем быстрее мужчина будет становиться импотентом, а женщина — бесплодной. Чем сильнее мы ненави­дим и презираем людей, оскорбивших нас, тем быстрее мы теряем свое будущее, включая про­грамму самоуничтожения. Если есть дети, то бу­дут погибать они. Если их нет, то программа само­уничтожения будет убивать самого автора. После взрыва ярости и ненависти у главного героя есть только один выход — программа самоуничтоже­ния. Она разворачивается в нем быстро и неотвра­тимо, и в какой-то момент он неожиданно прини­мает решение и жмет на газ. Машина несется по освещенной фарами дороге, все больше набирая скорость, а затем — страшный лобовой удар о сте­ну. Жизнь закончилась, ее больше нет. Произо­шло завершение закономерного процесса. Сначала утрата любви, потом постепенное разрушение духа, отказ от статуса, власти, способностей, де­нег. Потом переход к телу и постепенное разруше­ние тела, потом смерть. Он должен был умереть. Но немцы производят хорошие машины — даже при таком чудовищном столкновении он остался жив, только повредил шею. В дальнейшем он дол­жен повторить попытку самоубийства, быстрого или медленного, и все-таки довершить процесс распада. Или начать откручивать все заново — распад должен смениться возрождением.

Неужели можно вернуться из-за этой грани, после которой уже ничего нет? Неужели при пол­ной духовной и физической деградации можно выжить и восстановить себя — по сути дела, вос­креснуть? Режиссер фильма показывает, что это возможно.

Все начинается с клиники. Главный герой пе­ред выпиской общается с лечащим врачом.

- Если вы не хотите держаться за эту жизнь и хотите расстаться с ней, — говорит врач, — сде­лайте это. Но не обязательно вместе с этой жизнью убивать себя. Начните новую жизнь — поезжайте в Африку, помогайте людям.

Пожилой, опытный врач не делает открытий, у него нет концепции. Но у него есть опыт и факты, и он знает, что люди, полностью потерявшие смысл жизни и пытавшиеся покончить с ней, на­чинали выживать и создавать новую жизнь через любовь. А любовь связана с такими вещами, как забота, сострадание и жертвенность. Если люди находили себя в этом направлении, то их старая жизнь заканчивалась и начиналась новая.

- Вы свихнулись, — резко отвечает мужчина врачу.

Он считает, что это невозможно, и не допускает даже мысли о такой трансформации. Хромая, он идет по больничному коридору, уходя из клини­ки, и вдруг за руку его хватает молодая женщина.

- Женись на мне, — быстро произносит она.

Мужчина ошарашен.

- Ты что, с ума сошла? Иди отсюда.

- Ты турок? — задает вопрос женщина.

- Турок.

- Тогда женись на мне.

Он отталкивает ее и уходит. Но потом она на­ходит его и они снова общаются.

- Почему ты хочешь, чтобы я женился на тебе? — спрашивает мужчина.

- Потому что я турчанка и моя семья запреща­ет мне встречаться, с кем я хочу. Я хочу спать с разными мужчинами, я хочу вести свободную жизнь. С тобой мы не будем спать, мы просто бу­дем жить рядом, и я буду заботиться о тебе.

Главный герой соглашается, и после этого сле­дуют свадьба и странная семейная жизнь. Для того чтобы выглядеть женихом, нужно привести свое тело и внешность в порядок. Невольно нужно отказаться от прежней жизни, то есть от старых привычек и старого ритма жизни. Герой фильма постепенно начинает меняться на физическом уровне. Даже имитация семьи ставит перед ним новые цели и задачи. Его сознание, дух постепен­но оживают. Он входит в роль мужа, и незаметно в нем просыпаются чувства к юной женщине. С этим чувством любви он ничего не может поде­лать. А она в это время встречается с другими мужчинами. Но затем и в ней постепенно начина­ют раскрываться чувства. Она интуитивно ощуща­ет, что то счастье, о котором она мечтала, та сек­суальная свобода, западный образ жизни, которые были для нее недосягаемой вершиной, оказались грязной ямой, незаметно отравляющей душу. Она пытается расстаться со своим любовником, но тот настойчив и агрессивен.

- А ты знаешь, что мой муж турок и он убьет тебя, если узнает, что мы спали вместе?

Но мужчина не может простить того, кто отнял у него удовольствие. Желание отомстить переба­рывает здравый смысл, и, когда в кафе он видит мужа своей любовницы, он пытается отомстить ей, прилюдно оскорбляя в присутствии мужа. Но у главного героя начинает восстанавливаться не только тело, но и дух. Он защищает идеалы и нравственность. Неожиданно он хватает бутылку и бьет обидчика по голове.

Это нетипично для человека, живущего в Евро­пе. Сам человек защищается там все меньше мри возникновении любой проблемы тут же зовут полицию или обращаются в суд. Мне рассказыва­ли молодые ребята, как ведут себя немцы. Если молодой парень идет с девчонкой и ты возьмешь ее за руку и потянешь за собой, он не станет ее за­щищать. Он будет бегать вокруг тебя и подстав­лять свое лицо, чтобы ты ударил его, а тогда он побежит в полицию и напишет на тебя заявление. Мужчины перестали защищать свою нравствен­ность, честь и достоинство — вместо них это теперь делает государство. Дети перестали забо­титься о родителях и содержать их на старости лет. Забота о семье, защита семьи тоже перестали быть мужской функцией. Государство уменьшило права мужчин и увеличило права женщин. Муж­чина как защитник семьи стал не нужен. Одного работающего в семье стало не хватать, и женщины вынуждены включаться в работу и забывать о сво­их детях. Мужчина естественным образом выро­ждается, потому что государство забрало у него главные функции. Быть мужчиной — это не столько физиология, сколько функция.

Раньше развод для женщины был катастрофой, и, чтобы избежать его, женщина вынуждена была воспитывать в себе лучшие качества, учиться раз­решать конфликты, идти на компромисс. Женщи­на училась прощать и добродушно принимать уни­жения. Все это, по сути дела, было школой любви к Богу. Природа принудительно развивала в жен­щине высшие человеческие качества. В настоящее время принудительный механизм разрушен, а доб­ровольное развитие женщины не сформировано, поэтому вырождение семьи и падение рождае­мости вполне естественно для западной цивили­зации.

Так уж получилось, что на востоке дух, идея всегда были важнее материального. Религии под­держивали эту тенденцию. Правда, в католичестве поклонение женскому началу стало преобладать. В результате в последние столетия начались бур­ный материальный рост, развитие цивилизации и постепенное ослабление веры. Форма стала актив­но расти и развиваться в ущерб содержанию. В принципе это закономерный процесс, просто он ускорился в последнее столетие.

Любовь приходит в этот мир и создает время. Из любви появляется духовность. Дух, развива­ясь, спускается на низшие ступени, и появляется физическое тело. Физическое тело живет, расцве­тает, оплодотворенное духом, а затем умирает. Этот механизм достаточно четко описан в индий­ской философии и известен уже много тысяч лет. А недавно наука пришла к выводу: то, что мы на­зываем материей, веществом, на самом деле есть структурированное пространство. Говоря образно, вещество — это есть застывший дух. Виртуальные частицы, живущие тысячные, миллиардные доли секунды, появляются из вакуума, то есть из про­странства, существуют, а затем возвращаются в этот океан. Если раньше ученые считали вакуум просто пустотой, то сейчас они пришли к странно­му выводу: энергии в вакууме на порядки больше, чем в веществе. Это естественно, потому что веще­ство — это лишь разновидность вакуума. Мате­рия — это разновидность духа. Можно сказать, что дух первичен по отношению к материи, но это будет правильно только на поверхностном уровне, потому что на самом деле дух и материя — это одно и то же.

Последние полтора столетия ученые от мате­риалистической, разрозненной, кусочной картины мира стали приходить к совершенно новой кон­цепции мироздания. Вселенная оказывается еди­ной. Недавно ученые пришли к поразительному выводу. Согласованность всех процессов во все­ленной абсолютно невозможна, если максималь­ной скоростью во вселенной является скорость света. А сейчас уже говорят о наличии взаимо­действия объектов во вселенной на уровне не про­странства, а времени, причем скорость этого взаи­модействия в миллиарды раз выше скорости света. Это означает, что все объекты во вселенной могут практически мгновенно связаться друг с другом. То есть на определенных слоях времени вселенная абсолютно едина и является точкой. Также и лю­бое живое существо абсолютно едино со всей все­ленной. А когда оно начинает утрачивать это единство и замыкается на себе и своих узких це­лях, оно начинает распадаться и погибать.

С.Н. Лазарев «Человек будущего. Воспитание родителей», часть 3

Подробнее о книге