Видео Дня
Только сегодня!
800 560р.
На какую тему провести следующий онлайн-семинар
 

Увидеть жизнь оком любви

Любимый Лазарев!
Бог любит нас, Он приводит на наш путь человека, который возвращает нам правильное направление.
Трех лет, проведенных в поисках и чтении Ваших книг, было достаточно, чтобы исправить мое мировоззрение и изменить неверные приобретенные понятия. подробнее...

Подписка на новости



Календарь
c картинами C.Н. Лазарева

Рейтинг@Mail.ru

«И Дух Божий носился над водою»

 

chb-4

 

Любой процесс во вселенной повторяет весь цикл ее развития. Сначала Божественный им­пульс любви нес в себе то, что мы называем ин­формацией, энергией, временем, пространством и веществом. Сначала возникло информационное зерно. Время стало раскрываться, разделяясь на причину и следствие. Появилось движение, энер­гия. Чем больше разница во времени между при­чиной и следствием, тем больше энергии, движе­ния, новых форм развития. Таким образом, в основе любого процесса лежит информационное зерно, определяющее ход событий.

Жизнь моделирует историю вселенной. Любой спектакль моделирует жизнь. Станиславский ввел такое понятие, как зерно роли. Что бы ни делал персонаж, каким бы разнообразным ни было его поведение, в основе всегда лежит главный мотив, главный образ всех его действий. В каждом спек­такле должна присутствовать кульминация, то есть сцена, в которой проясняется весь смысл про­исходящих событий. Сцена, в которой время сжи­мается в точку.

Все события нашей жизни связаны воедино не­зримой нитью. Хотим мы того или нет, но все наши действия определяются несколькими глав­ными мотивами. А они, в свою очередь, исходят из единого внутреннего образа, в котором заложе­но наше мировоззрение. Это наша система ценно­стей, иерархия всех наших целей, отношение к другим и к себе. Этот главный образ наслаивается на два других образа, называемых инстинктами, и все они должны слиться в единое зерно. Этот еди­ный внутренний образ мы называем личностью. В ней кроются эмоциональные модели нашего по­ведения, духовный взгляд на мир и все наши бу­дущие поступки тоже.

Любой наш поступок исходит из внутреннего образа, в котором подсознательное устремление соединяется с сознательным. Чем больше инфор­мационная плотность образа, тем легче человеку ориентироваться в окружающем мире и выживать.

Для того чтобы стадо животных не погибло, у него должен быть информационный центр. Его роль исполняет вожак, у которого должна быть высокая интуиция, опыт и энергия. Обычно вожа­ком бывает самый сильный самец, но иногда интуи­ция и опыт оказываются важнее. Духовная сила для стратегического выживания значит больше, чем физическая.

В человеческом стаде, где есть такое понятие, как религия, информационное зерно, будучи еди­ным, внешне разделяется на две противоположно­сти — тактику и стратегию. Тактикой заправляет вождь племени; это ум, опыт, сила. Стратегией за­правляет шаман или жрец: он отвечает за все то, с чем связано наше подсознание. Два полушария головного мозга человека устроены таким же образом. Левое связано с сознанием, опытом, ло­гикой, то есть с настоящим и прошлым. Правое связано с образами, эмоциями и больше ориенти­ровано на будущее. Это соединение прошлого и будущего увеличивает емкость образа, зерна, определяющего поведение человека, семьи и пле­мени.

С незапамятных времен главной моделью пове­дения человека был образ, связанный с религиоз­ными взглядами. В последнее столетие религия ослабела, и главные мотивы поведения человек пытается черпать в науке. Каждый раз это приво­дит к катастрофе. Оказывается, сознательная, ло­гическая модель мира не идет ни в какое сравне­ние с эмоциональной, религиозной. Но если по­скрести любого атеиста, то мы все равно в глубине найдем верующего, потому что главные эмоцио­нальные модели человеческого поведения все-таки исходят из религии.

В каждой религиозной модели кроются опреде­ленные возможности, пакет энергии и время ее су­ществования. Религия, дающая неточную картину мира, быстро исчерпывает свой потенциал, и ци­вилизация, исповедующая эту религию, погиба­ет — или полностью, вместе с людьми, или как развитая система отношений. Люди могут остаться в живых, постепенно деградируя и растворяясь среди носителей более высокой культуры и ре­лигии.

Цивилизации, жившие во времена Авраама, ис­чезли. Новое зерно пришло через прародителей еврейского народа. Оно имело огромную плот­ность и гигантский информационный масштаб. Вся система ценностей привязывалась не к ка­ким-то материально-духовным идолам, а к едино­му Творцу и абсолютному приятию Его воли, к любви, обращенной к Создателю. Любовь к Твор­цу стала для Авраама высшей ценностью, а зна­чит, емкость эмоционального образа была неиз­меримо масштабнее, чем в языческих религиях. Поэтому еврейский народ должен был выжить, должен был победить конкурентов. Должны были происходить чудеса его спасения и многочислен­ных побед.

Абсолютным образом вселенной, ее зерном яв­ляется Создатель. Он вечен и неразрушим. Все, что родилось, — подлежит развитию, разрушению и смерти. Так же и любая религиозная система, пытающаяся отобразить образ Бога, неизбежно со временем требует разрушения окостеневшей фор­мы ради обновления содержания. В иудаизме пер­вый толчок к этому произошел около двух тысяч лет тому назад. Информационная емкость образа стала уменьшаться, вырабатывая свои возможно­сти. Это должно было привести к гибели народа и цивилизации. Это, собственно, и произошло после Иудейской войны. Но тем не менее еврейский на­род выжил и сохранил свою культуру, даже рассе­явшись по всей земле. Значит, был выработан лишь верхний слой образа, а стратегические воз­можности религии сохранились.

Через Христа дана была информация, необхо­димая для раскрытия глубинных слоев иудейской религии. Но тогда время для соединения двух противоположностей еще не наступило, любви и энергии было недостаточно.

Около 60 лет тому назад вновь на карте мира появилось государство Израиль. Почему это прои­зошло? Вероятно, потому, что зерно роли народа пополнилось новой энергией. Она появилась в ре­зультате развития религиозных представлений? Нет, этого не произошло. Откуда же зарождавшее­ся государство получило новую энергию? Скорее всего, через смерть шести миллионов евреев. Ко­гда человек умирает, его душа внутренне отреша­ется от всего земного и концентрируется на едине­нии с Творцом. В этот момент приходит порция

Божественной энергии, которая потом может пре­вратиться в новое будущее. Это принудительный механизм получения новой информации, обогаще­ния образа.

В настоящее время население Израиля — около

миллиона человек. Из них евреев — около

миллиона. Сейчас в Израиле евреев живет меньше, чем было истреблено во время Второй ми­ровой войны. Вероятно, невольно принесенная жертва раскрыла будущее для израильского наро­да и позволила создать государство. Сколько вре­мени может просуществовать нынешнее зерно го­сударства Израиль? Главным импульсом к созда­нию государства явилась политическая воля, а не религиозное устремление. Не любовь, а статус, благополучие, концентрация на будущем. По той же схеме создавался Советский Союз, просуще­ствовавший около 70 лет. Подобный отрезок вре­мени, возможно, отмерен и Израилю.

Может ли спастись государство Израиль? От­вет напрашивается сам собой: если добровольно создаст новое зерно, углубит познание образа, ле­жащего в основе иудаизма. Для этого нужно по­знать суть иудаизма, затем познать суть христиан­ства, затем увидеть их абсолютную внутреннюю тождественность и внешнюю преемственность как двух звеньев одной цепи.

А что же происходит с цивилизацией христиан­ской? Сейчас все говорят, что она вымирает. Но, в отличие от иудаизма, у нее происходит процесс самоуничтожения. В России этот процесс развер­нулся около ста лет назад и развивался, как все­гда, быстро и трагично. После революции свя­щенников истребляли сотнями тысяч. Постхри- стианский импульс в России выработал свои возможности.

Католичество умирает медленнее и спокойнее. В пустых храмах проводятся дискотеки, католиче­ские банки соревнуются в коммерческих доходах. Европейская политкорректность вынуждает рож­дественскую елку называть праздничным деревом. Недавно в больницах Англии стали запрещать но­шение нательных крестиков, — якобы из сооб­ражений гигиены. Европейское сообщество моде­лирует и реализует тихое, незаметное вымирание религии. На фоне этого люди пытаются восстано­вить веру в Бога, чувствуя, что путь поклонения телу или сознанию ведет к неминуемой гибели.

Парадоксально, но самой мощной преградой на пути к Богу является именно религия. Христос ви­дел это еще две тысячи лет тому назад. Поэтому он учил, что Царствие Божие находится не в хра­ме, что приватизировать его служитель культа не имеет права. Зависимость от священника пре­вращает человека в барана. Любая зависимость уменьшает любовь и отвращает от Бога. Люди, слепо верившие первосвященникам, не смогли по­нять и принять того, что говорил Иисус Христос. Больше всего усилий для того, чтобы отвратить людей от любви и веры, прилагали во времена Христа именно служители религии. Идеи Христа до конца не были поняты современниками. Воз­никший образ был поверхностным и узким. По­этому постхристианство обречено было на разви­тие, продолжавшееся около тысячи лет, а затем — на постепенное угасание.

В нынешнее время иудаизм и постхристианство почти синхронно движутся к роковой черте. На­верное, поскольку цивилизация должна выжить, возникнет новое понимание тех истин, которые за­шифрованы в иудаизме и христианстве. Ну а пока все признаки указывают на то, что у нынешней цивилизации будущего уже не осталось. Неточ­ный образ, через который мы воспринимаем мир, обрекает нас на потерю энергии будущего.

Душа перестает нормально функционировать. Незаметно исчезает ощущение единства, желание общаться, помогать, жертвовать. «И, по причине умножения беззакония, во многих охладеет лю­бовь».

В Америке стала нормальной такая ситуация. Родители скрупулезно подсчитывают, сколько они тратят на ребенка после его рождения. А когда ре­бенок вырастает и начинает зарабатывать сам, ро­дители требуют возврата истраченных на него де­нег. Или, например, дочь приглашает свою мать переехать в Америку, и несколько лет мать живет у нее в доме. А затем, когда мать переселяется в отдельную квартиру, дочь просит, чтобы та запла­тила деньги за все время своего проживания у нее, исходя из конкретной месячной оплаты. Родствен­ные отношения заменены коммерческими, и это никого не удивляет. Если душа не работает, долж­ны работать кошелек и тело.

Двадцать лет назад я был в Бельгии и разгово­рился там с одним врачом. Сам он бельгиец, мы говорили по-французски.

Мой отец живет в Нью-Йорке, но я не хочу туда ехать, не хочу там жить и работать.

Почему? — удивился я.

Он пожал плечами.

Потому что у американцев вместо сердца — кошелек.

Моя знакомая рассказывала, как она приехала в Англию и одна знакомая женщина пригласила ее на званый обед. В разгар их общения в квартиру позвонили. Пришла какая-то пожилая женщина, которая села в сторонке и стала ждать завершения трапезы. Моей знакомой стало неудобно.

Может быть, пригласим ее вместе с нами по­обедать? — предложила она. — А то как-то нехо­рошо получается.

Я на маму не рассчитывала, — хладнокров­но ответила ее знакомая.

Каждое чувство взвешивается, оценивается и оплачивается. Понятия жертвенности, бескорыс­тия, радости общения для постхристианской циви­лизации уходят в прошлое.

Недавно ученые подсчитали, сколько стоит чув­ство любви. Оказалось, около 260 000 долларов. А сделали они это так. К человеку, испытывавше­му это чувство, прикреплялись датчики, с кото­рых и снималась информация. Сообщались раз­личные суммы выигрыша в лотерею, и оказалось, что радость при чувстве любви сопоставима с ра­достью от выигрыша в 260 000 долларов.

Материализация человеческих отношений сви­детельствует всего-навсего об омертвении челове­ческих душ. А на самом деле это истощение обра­за, полная выработка зерна, которое является программой человеческой жизни, программой су­ществования общества.

Как неточный или неполный образ разрушает здоровье и будущее человека, я почувствовал на себе. Вспоминаю август 2008 года, мои неработа­ющие легкие. Если душа перестает быть активной, могут отказать легкие или сердце. Возникает рав­нодушие к другим живым существам, жестокость становится естественной, потому что именно на уровне души мы сострадаем и чувствуем себя едиными со всеми. Известно, что во время работы над фильмом «Андрей Рублев» Андрей Тарков­ский для натуральности съемок требовал, чтобы в пожаре сгорела живая корова. А потом умер от рака легких. Все связано.

Так все-таки, что первично — дух или душа? Для меня это вопрос решенный. Представители православия, которых я спрашивал об этом, отве­чали, что дух важнее.

Через некоторое время я проведу такой экспе­римент. Моя знакомая позвонит в несколько пра­вославных храмов. Ей либо откажутся отвечать на этот вопрос, либо посоветуют прийти и поговорить со священником. Очень интересно ответит служи­тель одного из храмов:

На этот вопрос каждый священник может ответить по-своему. Поэтому не надейтесь полу­чить ясный, законченный ответ. Даже философы не могут определиться в этом вопросе.

Представляю себе, как тяжело приходится свя­щеннику, когда Библия сама дает разные толкова­ния, а в православном мире нет единого мнения на этот счет. А ведь это, по сути дела, разрушение образа, лежащего в основе православной цивили­зации.

Мне станет интересно, каково же по этому по­воду мнение иудаизма. Я позвоню в Израиль своей знакомой, которая уже не один десяток лет изучает письменную и устную Тору. Ответ будет для меня неожиданным.

На этот счет в иудаизме есть два разных мнения, — скажет она. — С одной стороны, мож­но говорить о первичности души, которая имеет много уровней и в своем высшем аспекте как бы непрерывной нитью связана с Творцом. И в то же время еще до появления жизни, как сказано в Торе, дух Божий носился над водой. То есть Бо­жественные эманации, создавшие этот мир, при­нято называть духом. В этом плане дух первичен.

Так что важно понять, что вы подразумеваете под душой и духом.

Таким образом, за понятием «дух» может скры­ваться несколько значений.

Возьмем христианство, догмат о Святой Трои­це: единый Бог выступает в трех ипостасях — Бог Отец, Бог Сын, Бог Дух Святой. Я раньше счи­тал, что это — время, пространство, материя. По­том понял, что все это — время, пространство и материю — можно обозначить понятием «Бог Сын». Есть Творец в непроявленном состоянии, который за пределами пространства, времени и нашего понимания. Вероятно, Его можно назвать Богом Отцом. То, что мы называем вселенной, есть проявленная часть Творца; ее можно назвать Богом Сыном. И две эти на внешнем уровне противоположные ипостаси на самом глубинном плане являются единым Творцом и не имеют ника­кого различия. То есть Святой Дух — это есть Творец, проявленный и непроявленный одновре­менно.

В православии, насколько я понимаю, этот догмат изложен весьма поверхностно: Бог Отец — это непосредственно Творец, Бог Сын — это Иисус Христос, а Бог Святой Дух — это эманации Бога Отца в этом мире. Вообще, здесь много раз­личных толкований и много непонятного.

Есть аксиомы, не требующие доказательств. Есть теоремы, которые требуют доказательства. А есть постулаты, отражающие законы вселенной, из которых исходят и те, и другие. Если мы не мо­жем определиться с постулатами, которые являют­ся «зерном роли» в науке, то рано или поздно вы­строенная картина мира неизбежно рухнет.

Духом можно считать сознание человека. Ду­хом можно считать первичную Божественную энергию, пришедшую в этот мир. Духом можно считать абсолютного неделимого проявленного и непроявленного Творца. Но если мы, исследуя по­нятие «дух», исключаем такое понятие, как «эмо­ция, чувство», а значит и понятие «любовь», то мы можем говорить только о сознании, которое не может быть первичным по отношению к любви.

Но все эти звонки, разговоры и мысли будут потом. А сегодня зерно моей роли — это путе­шествие в Барселону.

Я смотрю на часы: 23.30. «Останавливаться в гостинице или нет? — раздумываю я. — Сейчас, в это время, скорее всего, мест не будет. Пожалуй, поеду в порт, где можно свободно припарковать машину и, может быть, найти круглосуточное кафе». Я въезжаю в город и чувствую, что дви­жусь в обратную сторону. Тогда я притормажи­ваю возле красной спортивной машины, остано­вившейся перед светофором. За рулем — обая­тельная африканка. Я спрашиваю ее, как попасть в порт. Она улыбается и предлагает ехать за ней. С главной трассы она уходит на второстепенную улицу, затем делает разворот в противоположную сторону, и мы меняем направление, смещаемся в прибрежную часть Барселоны. Минут через де­сять она выводит меня на площадь имени Колум­ба. Рядом видны портовые здания и огромные ко­рабли. Она мило улыбается, показывая, что наш путь закончен, затем разворачивает свою машину и уезжает.

«Вот тебе и на, — думаю я. — В двенадцать ча­сов ночи не пожалела времени, чтобы помочь не­знакомцу добраться до места». «Будь счастлива, дорогая», — мысленно говорю я. Человек с доб­рой душой должен быть счастлив.


Я нахожу удобное место для парковки перед зданием морского вокзала, выключаю мотор ма­шины и устраиваюсь поудобнее. У меня куча вре­мени. Завтра до обеда я могу осматривать Барсе­лону. Я бывал в этом городе не раз, но все как-то не успевал посетить католический собор, архитек­тором которого был Антонио Гауди. Это одна из достопримечательностей Барселоны. Я слышал, что этот католический собор очень необычный. Архитектор строил его в последние годы жизни, но завершить так и не успел. Самое удивительное, что храм не достроен до сих пор, хотя он огром­ный и к нему стекаются толпы туристов.

«Завтра надо будет обязательно его осмот­реть», — думаю я. Ну а сейчас — благодарность Богу, что добрался целым и невредимым, и можно спокойно засыпать.

 

С. Н. Лазарев. «Человек будущего. Воспитание родителей». Часть 4

Подробнее о книге

 

Поделиться в соц. cетях!14.05.2019 07:45