Видео Дня
Только сегодня!
800 530p.
Нужно ли делать телефон для справок/помощи на сайте?
 

Есть смысл в жизни намного выше семьи

Здравствуйте, уважаемый Сергей Николаевич!
С чувством глубокой благодарности обращаюсь к Вам. Вы делаете очень нужное и важное дело, помогаете людям идти к любви, находить верные ориентиры в жизни и делать свои души добрее и чище. подробнее...

Подписка



Рейтинг@Mail.ru

Преодоление причастности

 

DK0-1

 

Вселенная разжимается и сжимается, пульсиру­ет, и чередование этих противоположностей создает движение и развитие. Есть разница потенциалов — движение будет. При низкой энергетике человек устремляется сначала к одному потенциалу, а потом к другому. Возникает разность потенциалов во вре­мени. На высоком уровне развития два потенциала, как две противоположности, присутствуют рядом. Тот, кто пытается разделить весь мир на добро и зло, живет одним потенциалом. Но если человек хо­чет, чтобы его сердце только сжималось, он умрет. Если он ждет только расширения, он умрет тоже. Чтобы человек жил, сердце должно работать в двух противоположных циклах — сжатия и расширения. Человек может получать сколь угодно много, но в том случае, когда он готов отдать не меньше. Когда мне еще в детстве и юности делали добро и я не мог в ответ отблагодарить, я говорил себе: у меня должна быть хорошая память на добро, я когда-нибудь потом постараюсь отдать больше, чем я получил.

От слова «халаф» произошло русское слово «ха­лява», означающее желание получить не возвращая. Иметь высокую зарплату, не работая, получить здо­ровье, не меняясь при этом, не совершая мучитель­ной работы над собой. Здоровье зарабатывается так же, как и деньги. Воспитывать свои эмоции — это тяжелый труд, только зарплату выдают не сразу.

Мошенник должен убедить человека в том, что за копейки он может получить то, что стоит гораздо больших денег, а иногда не надо и убеждать: таких людей много. Они сами ищут мошенников. И вот уже армия целителей, колдунов, экстрасенсов обе­щает любые блага: и здоровье, и благополучие, и исполнение желаний. Не надо меняться, не надо за­ботиться о душе — приходи, и все получишь. Дру­гие действуют изобретательней. Берут большие деньги, убеждая, что сделают человека здоровым и счастливым. Не сделают!

Наше здоровье, наша судьба — это наше миро­воззрение, наш характер. Неправильное мировоз­зрение — это уже болезнь. Я вспоминаю вчераш­нюю лекцию в Харькове. Передо мной проплывают лица людей, задающих вопросы. Вот во втором ряду поднимается мужчина.

— У моего сына рак, — говорит он, — ситуация критическая. Вы могли бы помочь? Можно ли продиагностировать сейчас моего сына?

Я понимаю этого человека. Когда болеет и уми­рает твой ребенок, это пытка, но одновременно вижу, что его душа переполнена осуждением лю­дей, его душа поклоняется духовности, принципам, идеалам. Это для него важнее любви, это для него неприкосновенно. Говоря моим языком, зацепка за будущее, за идеалы бешеная. Может быть, он читал мои книги, может быть, попытался что-то изменить, но я сейчас вижу его подсознание, и там ничего не изменилось. Значит, либо не поверил, либо поле­нился, либо просто не читал книг. Ребенок много­кратно усиливает эмоции родителей. Интересно, если я сейчас скажу отцу, что его ребенок подсозна­тельно убивает всех людей, поверит ли он мне? Ведь осуждение и обиды — это убийство. И глядя в глаза мужчине, я понимаю: вряд ли.

Когда меня просят смотреть больных детей, час­то я ограничиваюсь родителями. Какой смысл оце­нивать состояние больного ребенка, если родители подсознательно ненавидят себя или других. Как они могут помочь своему ребенку, если сами не из­менились?

— Вы не преодолели осуждение людей, — гово­рю я мужчине. — Вы не можете принять травмиру­ющую ситуацию, вы не можете сохранить любовь при крахе идеалов и надежд. Сумеете изменить­ся — поможете ребенку.

Я вижу, что мужчина меня не понимает. Оглу­шенный, он садится на свое место, от него идут флюиды непонимания.

Наши чувства — это поле, и мы ощущаем друг друга на любом расстоянии. Мне хочется еще что-то сказать этому мужчине, но я останавливаю себя. Я проходил это уже много раз: бесполезно и даже вредно помогать тому, кто не хочет помогать себе сам. Он просто по-другому представлял мою помощь. А что мне надо было сказать? Ваш сын здоров, идите домой? Не получается так.

Есть такое понятие — психологическая установ­ка. Человек видит мир таким, каким он его ожидает увидеть, и, даже если реальность отличается от ожидаемой картины, человек ведет себя в рамках своей модели. Когда мы считаем, что мы видим окружающий мир во всей реальности, мы наивно ошибаемся. Каждое живое существо создает эмо­циональную модель окружающего мира. Это, можно сказать, его картина мира. На ее поддержа­ние и развитие уходит очень много энергии. Но на самом деле мы не видим реального мира. Мы живем в мире, созданном нашими мыслями и эмоциями, и реагируем на мир в рамках нашей модели, безжа­лостно отбрасывая то, что ей не соответствует. И ко­гда наша модель начинает слишком отличаться от реальности, мы все агрессивнее ее защищаем, потом впадаем в уныние, болеем и умираем. На изменение модели мира уходит очень много сил. Человека с узкой, ограниченной моделью мира называют дура­ком. Упорствующий дурак — это человек, не жела­ющий развиваться. Этот человек обречен. И если о таком человеке будет заботиться государство, таким образом поддерживая процесс деградации, это госу­дарство тоже будет вырождаться и умирать.

Я вспоминаю умное изречение, которое я прочи­тал в одном из журналов: хочешь помочь нович­ку — работай рядом с ним; хочешь помочь ста­рику — работай вместо него; хочешь помочь масте­ру — не мешай; хочешь помочь дураку — сам дурак! В переводе это означает, что человек с су­женной моделью мира не услышит правильных сове­тов. Сначала его модель должна разрушиться — это могут сделать болезни, несчастья, неприятности. И только когда он чувствует, что его модель несостоятельна, он откроется для новой информа­ции. Это его личный, часто мучительный выбор.

С четвертого ряда поднимается молодая женщи­на и рассказывает свою историю:

— Я давно читаю ваши книги, но испытание, на­верное, не прошла и поэтому разошлась с мужем. Сейчас живу одна и воспитываю маленькую дочь, мне очень тяжело. Я хочу развивать свою духов­ность, но у меня совершенно нет времени. Я чув­ствую себя в безвыходном положении, у меня начи­нается депрессия. Я хочу оставить дочь и уйти в мо­настырь. Скажите, могу я это сделать?

Я понимаю, почему она разошлась с мужем. Женщина, которая поклоняется духовности, про­стить мужчину не может. Все, чему мы поклоняем­ся, должно быть вечным и незыблемым. Поклоня­ясь духовности, мы поклоняемся совершенству, и любое отклонение от идеала, любая несправедли­вость не оставляют нам шансов сохранить любовь и снисходительность.

Я в упор гляжу на женщину и понимаю, что го­ворить ей, что у нее зацепленность за идеалы, бес­полезно, что у нее исковеркана картина мира, что в ее модели мира понятие любви заменено понятием духовности. Возникает пауза. Весь зал смотрит на меня, ожидая, что я скажу.

— А что такое духовность? — обращаюсь я к женщине.

Она недоуменно молчит. На самом деле, думаю я, она не стремится к духовности. Она просто хочет уйти от болевой ситуации. Ей тяжело жить, она со­здала себе красивую и удобную модель — справед­ливый и красивый мир духовности. Предположи­тельно это монастырь, там будет легче. Ее внутрен­нее поклонение духовности — это жажда уйти в красивый, чистый, бесконфликтный мир; она про­сто хочет быть в раю и презирает мужа и этот мир за боль, которую они ей причиняют. Она хочет кра­сивой и чистой любви без боли, страданий и изме­нений, она хочет, чтобы сердце только разжималось и никогда не сжималось.

Боль преодолевается устремлением к любви и Богу. Когда начинаешь видеть Божественное во всем и реагировать на любой дискомфорт вспышкой любви, тогда появляется энергия для преобразова­ния, воспитания этого мира, управления им. Она не научилась любить и просто хочет убежать от боли. Что делают монахи в монастыре? Работают, отре­шаются, ограничивая и сдерживая себя, молятся. Но она находится сейчас в таком же состоянии. Ей нужно работать, чтобы прокормить дочь. Ее воз­можности ограниченны, и нужно сдерживать себя во многом, а время для молитвы всегда можно най­ти. Она уже в монастыре, но не понимает и не хо­чет понять этого.

Окружающий мир — это точка приложения на­шей любви. Это возможность отдать энергию — люби, радуйся, молись! А духовность — это произ­водная от любви. После лекции я задал вопрос сво­им слушателям: каковы признаки духовного чело­века? И никто толком не смог ответить. Я начал по­могать:

— Может духовный человек быть жестким?

— Может.

— Может он быть жадным?

— Не может.

— Вот видите, одно качество мы уже нащупали. Может духовный человек ненавидеть?

— Нет, конечно.

— А обижаться?

— Тоже нет, духовный человек легче прощает, чем другие.

— А осуждать других духовный человек может?

Возникает пауза.

— Настоящий духовный человек не должен осуждать других, — с некоторой неуверенностью замечает один из них.

— А что такое настоящая духовность?

Опять повисает пауза.

— Духовный человек не только умный, но и мудрый, — подсказываю я. — А мудрость — это ум, соединенный с любовью. А может духовный че­ловек переедать?

— Нет, — хором отвечают все. — Наоборот, он ест меньше чем другие. Не зря говорят: святым ду­хом питается.

— А может духовный человек быть корыстным, привязчивым, завистливым?

— Конечно нет, — последовал незамедлитель­ный ответ.

— Давайте обобщим наши выводы, — предло­жил я. — Как правило, духовный человек является мудрым, то есть он видит причинно-следственную связь событий в окружающем мире. Он понимает связь между поступком и его последствиями, то есть духовный человек является мудрым и дально­видным. У него развито стратегическое мышление, то есть он видит последствия наших поступков в от­даленном будущем. Духовный человек ощущает единство со всеми людьми, поэтому для него невоз­можно унизить, оскорбить, предать другого. Духов­ному человеку свойственно бескорыстие. Он умеет жертвовать, сдерживать свои желания, заботиться о других. Духовный человек может быть жестким и принципиальным, отстаивая свою любовь и нрав­ственность, не идя на поводу у других. Попробуем обобщить все эти моменты.

Человек, преодолевший зависть, жадность, по­клонение еде и сексу, — это человек, уменьшивший свою зависимость от окружающего мира и от своего тела. Как добиться уменьшения этой зависимости? Жертвуя и воздерживаясь. Чтобы абстрактно мыс­лить, нужно отрешиться от объекта; чтобы стать мудрым, нужно отрешиться от этого мира. Поэтому пост, воздержание, уединение, молчание способ­ствуют духовности. Когда мы отрешаемся от ма­териального мира, нам легче выйти на тонкие пла­ны. Именно там уровень единства гораздо выше. Там лучше видны связи между явлениями, там вид­но будущее. Оттуда повышенные способности, с выходом на тонкие планы зависимость от матери­ального мира резко падает.

Но это всего-навсего проникновение в тонкие планы. Не забывайте, что самое высокодуховное существо — это дьявол. Поэтому, если мы постим­ся, ограничиваем себя во внешних функциях, мол­чим и отрешаемся, это всего-навсего значит, что мы посылаем внешнюю энергию в тонкие планы. От одного потенциала переходим к другому. Но если мы начинаем поклоняться этой духовности, из на­шей души так же будет уходить любовь, как если бы мы поклонялись только материальному. Поэто­му Христос и говорил: «Блаженны нищие духом».

Дьявол — это гений без любви. Нужно пони­мать, что духовность — это лишь один из аспектов познания Божественного. И духовное, и материаль­ное должно быть согрето любовью. Тот, кто покло­няется деньгам, желаниям, благополучию, превра­щается в животное. Тот, кто поклоняется отрешен­ности, тонким планам, раскрытию способностей, превращается в дьявола. И лишь тот, кто поклоня­ется любви, может быть духовным и не чураться материального, периодически ограничивая себя и в том, и в другом. Ограничивать себя надо и в ду­ховном.

Нельзя развивать способности у ребенка, которо­го не научили нравственности. Если ребенок не умеет любить, активное развитие его способностей быстрее превратит его в преступника, физического или духовного. Если цивилизация не научилась лю­бить и у нее начинают размываться нравственные нормы, нужно затормозить технический прогресс, иначе такая цивилизация будет плодить людей-дьяволов и в конце концов погибнет. Истинно ду­ховный человек — это не только тот, кто может ограничить себя в материальном ради духовности, это и тот, кто может себя ограничить в духовности ради любви. А если мы хотим понять, что такое чувство любви во всей его полноте, то мы неизбеж­но должны прийти к Богу, ибо высшее единство — в любви Божественной. В этой любви вся вселенная сжимается в точку и уходит за пределы времени.

Что такое гордыня и ревность? Это разделив­шееся на два потока время, это появившееся во вре­мени пространство. Если любимый объект выше вас, вы стремитесь к нему, боитесь его потерять, и это рождает ревность. Если любимый объект ниже вас, вы управляете им, контролируете его, и это рождает гордыню. И то и другое — это признаки причастности к этому миру. Для того чтобы преодо­леть ревность, нужно сдерживать желание и про­щать боль любимому человеку. Для того чтобы пре­одолеть гордыню, нужно жертвовать и не сожалеть о прошлом. Один из главных признаков внутрен­ней гордыни — это неприятие происшедшего. Ин­валид постоянно, каждую секунду может сожалеть, что он таким родился или стал. Это очень серьезное испытание. Оно может превратиться в непрерыв­ную волну самоуничтожения, а может, наоборот, стать благотворным инструментом развития души. И каждую секунду, когда в вашей душе рождается энергия и готовится превратиться в сожаление о прошлом и неприятие его, удержите себя от этого, превратите ее в любовь и устремление к Богу.

Поклоняться нельзя ни себе, ни другим. Если в одной жизни мы исповедуем поклонение левому, в следующей жизни мы будем поклоняться право­му. Когда мало любви к Богу, мышление человека становится однополюсным. Чтобы быть счастли­вым, он должен кого-то подавлять: сначала он топ­чет других, потом топчет себя. Необходимо забо­титься о себе, о своем благополучии, нельзя по­давлять свои желания, пытаться их уничтожить. В каждом нашем желании есть Божественная иск­ра, поэтому желания надо не подавлять, а воспиты­вать их, трансформировать.

Есть две крайности: одна — когда человек по­клоняется себе и становится абсолютным эгоистом, тогда в нем все больше проявляется хамство, прене­брежение к другим, то есть такой человек становит­ся все более агрессивным, а есть другая край­ность — поклонение людям. В православии это на­зывается человекоугодием. Абсолютный альтруизм также усиливает внутреннюю агрессию, потому что он усиливает зависимость от окружающего мира. Постоянное подавление себя в угоду другим рожда­ет внутреннюю ненависть к окружающему миру, и это естественно. Рано или поздно мы начинаем ненавидеть то, чему поклоняемся. Поэтому призы­вы к абсолютному альтруизму уместны только для полных эгоистов.

Должна быть золотая середина во всем, но все-таки законы развития требуют, чтобы на отдачу человек был нацелен больше, чем на потребление, тогда он будет развиваться. Клетка думает о себе, но большую часть энергии отдает организму. Срав­ните две фразы. Человек убил себя ради спасения общества — в обычной жизни это называется геро­измом. А теперь составьте другую фразу: человек убил общество ради спасения себя — и подыщите такому поступку соответственное название.

Привычные социалистические штампы учили нас безоговорочно жертвовать собой и забывать о себе ради общества, что закономерно привело к поклонению обществу, и это вполне естественно. В атеистическом государстве необходимо покло­няться либо языческому вождю, либо языческому обществу. Истинно же верующий человек будет за­ботиться и о себе, и о других, но вовремя остано­вится в этой заботе, сдерживая свои потребности и останавливая заботу о других, если она начинает их развращать. Альтруизм не должен разрушать до­стоинство человека. Забота о другом человеке не должна быть возведена в ранг абсолюта.

Сейчас европейские страны начинают лихора­дочно пересматривать свое отношение к эмигран­там. Односторонний подход к ним привел к серьез­ным демографическим проблемам. Мало заботиться о человеке, надо и требовать от него многого. Тре­бовать повышения культуры, изучения языка, раз­вития социального мышления, то есть превращения в полноценного гражданина общества. А вместо этого давали деньги, защиту, социальные гарантии, и это поставило приезжих в лучшее положение по сравнению с коренными жителями. И вдруг европейцы и американцы с ужасом увидели, что пришельцы не хотят учиться, соблюдать законы, работать на благо общества, а начинают активно парази­тировать и жить за счет других. Оказывается, добро и забота должны быть адресными. Не каждо­му можно помогать и не каждого можно принимать. Как жестко, но точно сказала знаменитая певица: помогать нужно сильным, а деньги давать нужно богатым. Дать деньги нищему — значит развратить его. Нищему нужно дать кусок хлеба. Помочь слабому — это тоже развратить его. Людей нужно на­учить заботиться о себе.

Помогать можно тому, кто готов развиваться, изменяться, проходить мучительные этапы совер­шенствования. Помощь ребенку необходима, по­мощь юноше должна быть половинной, а помощь взрослому должна быть минимальной. Если чело­век не научился и не хочет отдавать энергию и лю­бовь, помогать ему вредно и опасно, потому что по­мощь будет поощрением ему в его отказе от любви. Поэтому государство, помогая инвалидам, должно требовать от них нравственного совершенствова­ния, как это ни странно звучит. То есть человек должен понимать, что деньги и помощь он получает не потому, что он инвалид, это аванс для его внут­реннего развития. Если Бог ограничивает в одном, он всегда открывает возможности в другом.

Классический древнеиндийский взгляд на проб­лему болезни и инвалидности основан на том, что они считаются расплатой за грехи. Есть легенда, что в Древнем Израиле была книга, где было запи­сано, за какой грех какая болезнь дается. И евреи зарыли ее, чтобы никто не знал, за какой грех дает­ся болезнь. Я только недавно понял почему. Чтобы не было осуждения и презрения к больному чело­веку.

Христианство шагнуло на более высокий уровень понимания, потому что в нем был более высокий уровень любви к Богу. Здесь открылась уже другая истина: болезни — это не столько расплата за ошибки, сколько подготовка души к грядущим ве­ликим событиям. Хочешь или не хочешь, но бо­лезнь заставляет устремляться к Богу. В этом ее предназначение. И чем сильнее мы устремляемся к Богу, тем меньше болеем.

На этой лекции я говорил залу: «Если дураку дать деньги, он не сумеет ими воспользоваться и их потеряет. Один человек в Америке выиграл огром­ные деньги в лотерею, тут же пошел купил себе но­вый „Феррари“ и через полчаса разбился на нем. Поэтому дуракам свыше обычно денег не дают для их же пользы. То же самое с энергией. Если дать энергию человеку, который не умеет ее использо­вать, она его убьет. Тот, кто не умеет сдерживать своих желаний, переводить энергию своих инстинк­тов в энергию Божественную, того лишняя энергия сделает похотливым, жадным, амбициозным, жес­токим и т. д. Поэтому человек с неправильным ми­ровоззрением и привычками часто имеет минимум энергии — только для того, чтобы выжить. Или за­болевает, чтобы прекратилось его неправильное по­ведение и образ жизни».

Я заканчиваю лекцию, а голова гудит. Нужно было закончить 20 минут назад. Я сам попал в ло­вушку человекоугодия, и сразу же изменилась ре­акция людей — дай, дай сейчас! Помоги немедлен­но! Спаси! Вот что появилось в глазах людей в последние минуты. Я ухожу со сцены, иду по кори­дору. Надо зайти в гримерную и прийти в себя.

Пытаюсь посмотреть, нарушил ли я что-то в кон­це лекции, и вижу двукратное пожелание смерти себе в плане благополучной судьбы. То есть помощь другим людям начала превращаться в саморазруше­ние, причем без особой надобности. Ничего, успо­каиваю я себя. Не все сразу — научимся. Раньше я раздражался бы на людей, высосавших мою энер­гию, и говорил бы себе: все, больше не буду помо­гать таким! Сейчас уже мыслю по-другому: люди не виноваты, это мое неправильное отношение к миру подтолкнуло их на это. Помощь должна быть пра­вильной! Нужно преодолеть поклонение не только привычным, но и высшим человеческим ценностям. Помощи другим людям тоже не надо поклоняться. Не надо забывать о воле Творца и не надо с ней конкурировать. Главная помощь идет от Него. И ко­гда пациент забудет о целителе и устремится к люб­ви и Богу, это будет началом выздоровления.

Я еду в машине и смотрю в окно на город, оза­ренный солнцем. Хороший летний день, хотя уже конец сентября. В душе появляется легкость, кото­рая усиливается, несмотря на внешнюю усталость. «Значит, мировоззрение выравнивается, раз появи­лась энергия», — думаю я. И это ощущение полета ни от чего не зависит. Если ты правильно помога­ешь другим, значит, ты помогаешь и себе. И стано­вится не важно — льет ли сейчас на улице дождь с пронизывающим ветром или светит солнце. «Работа закончена, — думаю я, — результаты неплохие».

 

С.Н. Лазарев. «Диагностика кармы. Жизнь, как взмах крыльев бабочки». Книга 12

Подробнее о книге

 

Поделиться в соц. cетях!10.12.2018 08:00