Посещаете ли вы церковь?
 
Видео Дня
Только сегодня!
400 280р.

Это я Тобою недоволен
(конкурс «Моя практика)

Здравствуйте, уважаемый Сергей Николаевич!
Спасибо Вам за всё!
Вот некоторые, самые важные "открытия" из моего опыта за последние годы, помогающие в работе над собой.
Пожалуй, главный негативный момент у меня внутри – накопленное по роду большое недовольство. подробнее...

Прозрение

Не против обнародования, все равно эти стихи мне полностью не принадлежат, просто мне удалось что-то уловить из общего потока.

Прозрение

Родился и жил..., а открыл себе только:
Бесконечность веков, точно неведомо сколько подробнее...

Подписка на новости

Будьте с нами!

Напишите свой e-mail и несколько раз в месяц мы будем оповещать вас о новинках, предстоящих событиях и об интересных статьях и письмах наших читателей.



Рейтинг@Mail.ru

От слов к молчанию

 

molchanie

 

Чем больше человек созерцает Бога в природе, тем явственнее он осознает, что Бог превыше природы и что Творец ничем не ограничен. Находя во всем следы божественного, человек как бы говорит: «Это тоже Ты; и здесь Ты…». Так второй этап духовного Пути ведет его, с Божией помощью, к третьему, когда Бог виден не только лишь благодаря тому, что Он сотворил, но открывается в прямом и непосредственном союзе.

Совершать этот переход мы учимся у наших духовных наставников в православной традиции, применяя в своей молитвенной жизни путь отрицания, или апофатический метод (от древнегреч. ἀποφατικός – «отрицательный»).

В Священном Писании, в литургических текстах и в природе Господь представляется нам бесчисленными словами, образами и символами; и святые отцы учат нас ценить эти слова, образы и символы, опираясь на них в нашей молитве. Но, поскольку все это никогда не может выразить полную правду о живом Боге, мы также призваны уравновесить эту утвердительную, или катафатическую (от др.-греч. καταφατικόσ – «утверждающий») молитву молитвой апофатической. Как говорит аскетический писатель Евагрий Понтийский: «Молитва – это отстранение от мыслей». Само собой разумеется, что данное утверждение не следует рассматривать как полное определение молитвы, однако оно верно указывает на вид молитвы, о которой мы сейчас говорим. Стремясь к вечной Истине, которая лежит за пределами всех возможных человеческих слов и мыслей, искатель начинает ждать Бога в тишине и молчании, больше не говоря о Боге или с Ним, а просто слушая Его. Остановитесь и познайте, что Я – Бог (Пс. 45: 11).

Эта тишина, или внутреннее молчание, по-гречески называется исихия, и тот, кто ищет молитву полного молчания, называется исихастом. Исихия означает концентрацию, внимание в сочетании с внутренней тишиной и спокойствием. И не надо в этом видеть чисто внешние факторы, такие как отсутствие речи и внешней активности. Смысл исихии не в отсутствии внешнего – речи или внешней деятельности, – а прежде всего в присутствии доброй открытости человеческого сердца к Божией любви. Излишне говорить, что для большинства людей, если не для всех, исихия не является постоянным уделом. Исихаст, помимо того, что входит в молитву покоя, использует и другие формы молитвы, участвуя в церковном богослужении, читая Священное Писание, принимая Святое Причастие. Апофатическая молитва сосуществует с катафатической, и одна усиливает другую. Путь отрицания и способ утверждения не являются альтернативами друг другу, но, наоборот, они дополняют друг друга.

Но как нам перестать говорить и начать слушать? Из всех уроков молитвы этот труднее всего усвоить. Нет смысла говорить себе: «Не думай», потому что приостановка мыслительного процесса – это не то, чего мы можем достичь, просто проявив силу воли. Ум, который вечно чем-то занят, требует от нас какой-то задачи, чтобы удовлетворить свою постоянную потребность быть активным. Если наша духовная стратегия полностью отрицательна – если мы пытаемся устранить все сознательное мышление, не предлагая нашему разуму какой-либо альтернативной деятельности, – мы, вероятно, окажемся в состоянии дневной дремоты. Разум нуждается в какой-либо задаче, которая будет держать его занятым и в то же время позволять ему выходить за пределы себя в неподвижность. В православной традиции такое делание исихаста – это обычно частое повторение какой-то короткой «молитвы со стрелами», чаще всего молитвы Иисусовой: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй меня, грешного».

При чтении Иисусовой молитвы нас учат избегать, насколько это возможно, какой-либо конкретной воображаемой деятельности, мыслительного изображения. Как говорит святитель Григорий Нисский: «Жених присутствует, но незримо». Молитва Иисусова не является формой чувственной медитации, когда человек воображает и представляет различные случаи из жизни Христа, чтобы вызвать какие-либо переживания. Но наоборот, отбросив чувственные и душевные образы, мы должны сосредоточить все свое внимание на словах молитвы, точнее – внутри слов. Молитва Иисусова – это не просто гипнотическое заклинание и тем более не повторяемая до исступления мантра, но осмысленная фраза, призыв к другому Человеку. Его цель – не расслабление, а бдительность, не дремота, а живая молитва. И поэтому молитва Иисусова должна твориться не механически, а с определенной внутренней целью; в то же время слова должны произноситься без напряжения, без насилия над собой, без чувственного переживания или чрезмерного акцента на самих словах. Струна нашего духовного и молитвенного посыла должна быть натянутой и тугой, а не висящей без дела, однако и не настолько натянутой, что если еще потянешь сильнее – она оборвется.

Обычно различается три уровня, или степени, в навыке творения Иисусовой молитвы. Поначалу мы молимся ею как «молитвой уст», то есть это устная молитва. Затем, с опытом, спустя время, она становится более внутренней, становится «молитвой ума», мысленной молитвой. Наконец ум «спускается» в сердце и соединяется с ним, и поэтому молитва становится «молитвой сердца», или, точнее, «молитвой ума в сердце». На этом уровне она становится молитвой всего человека, и это уже больше не то, что мы думаем или говорим, а то, чем мы являемся: это конечная цель духовного Пути – стать не просто человеком, читающим время от времени молитвы, но человеком, который все время пребывает в молитве. Другими словами, молитва Иисусова начинается как серия конкретных молитвенных актов, но ее конечная цель состоит в том, чтобы со временем и с опытом установить в том, кто молится, состояние непрестанной молитвы, которое продолжается непрерывно даже в разгар других действий.

Молитва Иисусова начинается как устная молитва, как и любая другая, но повторение одной и той же короткой фразы позволяет христианину благодаря простоте используемых им слов продвигаться дальше всех языков и образов к божественной тайне. Таким образом, навык молитвы Иисусовой развивается, с Божией помощью, в то, что западные авторы называют «молитвой любящего внимания» или «молитвой простого взгляда», где душа пребывает в Боге без постоянно меняющейся последовательности образов, идей и чувств. Помимо этого, существует еще одна стадия, когда молитва христианина перестает быть результатом его собственных усилий и становится – во всяком случае, время от времени – тем, что православные писатели называют «самодействующей молитвой», а западные – «настоянной». Другими словами, молитва как бы перестает быть «моей» молитвой и становится в большей или меньшей степени молитвой Христа во мне.

Не следует думать, что этот переход от устной молитвы к молитве мира, то есть от «активной» к «самодействующей» молитве, происходит быстро и легко. Порой тем, кто творит молитву Иисусову, время от времени даются моменты «восторга» – они приходят неожиданно и как бы даром, и тогда слова молитвы отходят на задний план или вообще исчезают и заменяются непосредственным ощущением благодати Божией и Его любви. Но для подавляющего большинства этот опыт соприкосновения – лишь краткий проблеск, а не непрерывное состояние. В любом случае надо понимать, что крайне неразумно и вредно для духовной жизни пытаться самому искусственно стимулировать то, что является плодом прямого действия Бога. Самостимуляция чувственности и поиск ощущений во время молитвы неминуемо ведет к повреждению души. Такое происходит, когда молящийся ищет чувственного и душевного, а не духовного, ищет быстрый результат в том, о чем ничего еще толком не понимает и в чем не имеет опыта. При этом надо быть предельно осторожным и отчетливо понимать, что ощущения, переживания, чувства не могут быть самоцелью молитвы, потому и не надо их специально ждать. Наилучший путь при обращении к Святому Имени Христову состоит в том, чтобы сосредоточить все наше внимание на чтении слов; иначе в наших преждевременных попытках достичь бессловесной сердечной молитвы мы придем к тому, что молитва превратится в полусонное сидение. Изволь следовать совету святого Иоанна Лествичника: «Огради свой разум словами молитвы». Бог сделает все остальное, но только как Ему угодно, при этом – как тебе полезно и в свое время.

 

Митрополит Каллист (Уэр)

monastery.ru

Поделиться в соц. cетях!08.10.2019 13:17